Когда гремели пушки

Кстати сказать, как раз тогда я впервые узнал, почему во время войны салют давался именно из 224 орудий. Дело, оказывается, обстояло чрезвычайно просто. В день освобождения Орла И. В. Сталин вызвал к себе заместителя Начальника Главного артиллерийского управления генерала И. И. Волкотрубенко и совершенно неожиданно поставил перед ним вопрос: может ли артиллерия, находящаяся в Москве, ознаменовать это событиемощным салютом? Тов. Волкотрубенко ответил, что это вполне возможно: холостые выстрелы будут готовы через несколько часов. Тогда Сталин поинтересовался, а сколько же орудий имеется в данный момент в границах города. Волкотрубенко назвал округленную цифру - 200. Сталин решил уточнить:- А вы учитываете 24 пушки, которые стоят в Кремле?- Нет, не учитываю, - ответил Волкотрубенко.- Значит, будем считать, что у нас имеется для салюта не 200, а 224 орудия.С тех пор и повелось: «произвести салют двадцатью артиллерийскими залпами из 224 орудий».

В груду камней превратили фашисты Горловку. Цветущий город стал пустырем. А в пригороде в семи глубоких траншеях нашли себе могилу тысячи горловчан. Обреченных людей привозили сюда и заставляли тесно ложиться в ряд на дно ямы лицом вниз. Затем их сверху расстреливали. На расстрелянных, среди которых копошились еще живые, заставляли ложиться новых - и так до тех пор, пока траншея не заполнялась доверху.На шахте № 51 людей бросали живыми в шурф. И таким истязаниям подверглись не два - три и даже не десяток человек, а более 1800. В Краматорске было расстреляно и повешено 3 тысячи горожан. Еще больше - в Славянске.

В глазах иного фронтовика самый яркий подвиг выглядит обычным, будничным явлением.Помню такой случай...Орудие стояло на прямой наводке. Подступы к нему открыты со всех сторон. И вдруг на огневую катит грузовик с боеприпасами. Идет себе по снегу, даже пар валит из радиатора, а рядом мины рвутся. Стекла в кабине водителя давно выбиты. Сам водитель ранен. Но машина упорно пробивается к цели, доставляет груз по назначению, забирает раненых и лишь после этого направляется в тыл.Я спросил оказавшегося рядом командира-артиллериста:- Кто это был?Он, как видно, не понял меня:- Кому ж быть, кроме артснабженцев?.. - И недовольно махнул рукой: - Вечно «запаздывают...- Этот водитель достоин награды, - напомнил я.- За что? - искренне удивился мой собеседник. - Танк он таранил, что ли?..

Много хлопот доставляла коварная погода. По ночам трещали морозы, а днем под солнцем таял снег. Хорошо экипированные для действий в суровых зимних условиях, красноармейцы оказались в тяжелом положении. За день валенки у них намокали и разбухали, а ночью становились как железные и уже совсем не согревали ноги. Многие обмораживались. Но и в этих условиях темп движения частей к фронту не снижался.- Мы-то к морозам привычные, - говорили солдаты, - а вот фашисты пусть понюхают, что такое русская зима...

Советская гвардия составлялась из отборных частей, отличавшихся высоким воинским мастерством, боевым опытом, дисциплиной, организованностью и мужеством. Не по росту и не по форме, как в царское время, а только по заслугам на поле брани зачислялись люди в советскую гвардию. Высокое звание гвардейца завоевывалось у нас кровью.Первые гвардейские соединения появились в сентябре 1941 года. В гвардию были преобразованы тогда четыре стрелковые дивизии - 100, 127, 153 и 161-я, показавшие в борьбе с врагом образцы героизма и стойкости. А еще через год у нас были уже не только гвардейские соединения, но и целые армии.

Когда собрались снайперы всей армии, им была объявлена программа контрольно-проверочных стрельб. За основу взяли упражнение, которое в мирное время выполнял обычно каждый боец, овладевший винтовкой. Бывалые фронтовики, имевшие на своем счету по десятку и более «уничтоженных» гитлеровцев, со снисходительными улыбками занимали места на огневом рубеже. Но когда наступил момент подсчитывать попадания, на лицах многих «снайперов» появлялось смущенное выражение. Лишь одна треть от общего числа стрелявших сумела удовлетворительно выполнить это сравнительно несложное упражнение.

Нередко командиры подразделений зачисляли в снайперы каждого, кто изъявлял желание пойти «на охоту за гитлеровцами». Бойцы терпеливо высиживали долгие часы в засадах, старательно вели прицельный огонь по фашистским солдатам и офицерам. Но выстрелы не всегда оказывались точными, так как многие из этих скороспелых «снайперов» не умели по-настоящему владеть винтовкой.Тем не менее почти все они склонны были считать каждый свой выстрел результативным. И когда я однажды распорядился подсчитать по всем сводкам и донесениям количество солдат и офицеров противника, убитых нашими снайперами за две последние недели, получилось, что противостоявшие нам гитлеровские войска истреблены чуть ли не на 25 процентов.