Роман и Ольга

Небольшая по объему повесть написана Бестужевым-Марлинским еще в 1823 году, когда автор еще не был декабристом. Но уже был романтиком-байронистом и сформировавшимся либералом. Либерализм был отличительной чертой семьи Бестужевых, четверо из пяти братьев оказались втянутыми в деятельность декабристских организаций, и оказались после восстания на каторге и в ссылке. Только самый младший брат Павел избежал наказания, потому что ему было всего 17 лет, но и его в профилактических целях выслали юнкером в далекий от столицы пехотный полк.

Александр провел четыре года в якутской ссылке, а затем 8 лет служил на Северном Кавказе, где и погиб. Жизнь писателя-романтика сложилась тоже вполне романтично, были в ней и героизм, и ссылка, и военные сражения. Была и любовь, по свидетельствам современников Бестужев пользовался повышенным успехом у тифлисских дам, была и трагедия, связанная с любовью. Поговаривали, что он застрелил свою возлюбленную Ольгу Нестерцову, а сам Марлинский утверждал, что пистолет, лежавший на кровати, выстрелил сам, когда резвящаяся Ольга его задела. Тёмная история, но не без романтического флёра. Но всё это случится уже на Кавказе, а обсуждаемая повесть писалась в Санкт-Петербурге, и Ольга-героиня не имела никакого отношения к Ольге Нестерцовой, с которой на тот момент автор был даже незнаком.

Повесть - классическое произведение романтизма, этакий компактный рыцарский роман на русскую тему. В основе сюжета любовь юного новгородца Романа и дочери гостя новородского Ольги. Богатый отец девушки отказывается выдать её замуж за храброго, честного, пылкого, но бедного Романа. Вот ничуть неудивительно, что отказывается, если бы согласился, то и повесть на этом бы окончилась, поэтому правильно не соглашается.

Роман предлагает девушке бежать из родного Новгорода в Киев. Но Ольга, прекрасно понимая, что если она согласится, то подведет автора, отказывается, решив лучше быть несчастной, но честной. Вот же были нормальные дети на Руси 600 лет назад, не то, что теперь, нынешние даже не задумаются отцовской воле подчиниться, ибо "они уже совершеннолетние и имеют право", так что и крыть в ответ нечем :)

Но вернемся в древний Новгород конца XIV века. Роман, который только что был готов покинуть родной город и переметнуться к киевскому князю, вдруг воспылал невероятным патриотизмом, когда московский князь Василий и литовский Витовт предложили новгородцам, или потребовали, присоединиться к их союзу против Ливонского ордена.

Роман выступает на вече с горячей речью не поддаваться на давление Москвы и Литвы. Новгородцы готовы воевать со своими братьями славянами ради верности немцам, от которых зависит успешность их торговли, другими словами, экономический фактор определил политику Новгородской республики.

Все это так и было, но Бестужеву не хватает мудрости изображать историческую действительность беспристрастно. Движимый отчаянным либерализмом, он изображает всех новгородцев идеальными людьми, даже новгородский разбойник Беркут на поверку оказывается рыцарем без страха и упрёка. Зато все "московиты" как на подбор подонки и негодяи, самые настоящие звери в человечьем обличии. Симпатии автора безоговорочно на стороне новгородцев.

Уже 200 лет назад либеральная российская фронда была готова обливать грязью отечественную историю и выставлять в неблагоприятном свете российских политических деятелей, в этой повести достается князю Василию Дмитриевичу, сыну Дмитрия Донского.

Бедного Романа, который отправился в Москву в качестве лазутчика и шпиона, изловили, посадили в тюрьму и собирались казнить, при этом всячески старались унизить его новгородско-человеческое достоинство. Но подлый Кремль снова просчитался, бандюки атамана Беркута освобождают свободолюбивого земляка, он возвращается в Новгород, а по дороге отбивает у пьяных "московитов" отца любимой Ольги, который за то время, что Роман сидел в тюрьме, успел попасть в плен.

Тот, конечно, за такой подвиг Романа зауважал, хоть у него и нет денег, и согласился отдать за него Ольгу. И я там был, мёд-пиво пил...короче, мир им да любовь.

Бестужева понять можно, он был против монархии, за республику и конституцию, поэтому в истории России его симпатии неизбежно оказывались на стороне "республиканского" Новгорода. А поскольку жил и творил он в эпоху романтизма, то и писать он мог только в черно-белых тонах, разделяя героев на идеальных персонажей и злодеев злодейских, к Бестужеву упреков нет.

А вот нынешним читателям хотелось бы посоветовать, если уж вы взялись за Марлинского, то делайте скидку на его политическую ориентацию, которая неизбежно сказывается на трактовке исторических событий, не надо слепо ему верить и тем более не стоит изучать историю по его повестям.

"Мы уже обнажили мечи свои
И Горюч-камень жаждой лижем
Терпим дань, выжидаем срок.
Но тевтонцы сейчас к нам ближе!"
Романы Вальтера Скотта с 1814 года и особенно вышедшая в 1818 году "История государства Российского" Карамзина послужили толчком к возникновению и развитию русской исторической прозы. Первым взялся за это непаханое поле Бестужев-Марлинский, который на регулярной основе стал выпускать серии повестей на историческую тему. Его вторая повесть "Роман и Ольга" имеет привязку к конкретным годам конца XIV века и примыкает к его "ливонскому циклу", так как основной конфликт сюжета - противостояние Новгородской республики и Московского княжества, вызванный мирным договором Новгорода с Ливонией. Впервые в отечественной прозе описывается время сына Дмитрия Донского Василия Первого. Уже тогда Москва сувала свой нос во все сопредельные государства и пыталась указывать кому с кем дружить и кому чего нельзя. А в наказание за непослушание отбирала территории. В данной истории - Двинские земли.
Симпатии Бестужева, как декабриста, явно на стороне республиканцев-новгородцев и он с явным удовольствием описывает, как новгородцы в итоге наваляли москвичам.
С точки зрения исторических реалий повесть составлена добротно: здесь в каждом предложении какая-то историческая подробность касающаяся быта, обычаев, одежды и прочего.
Даже спустя два века повесть Марлинского читается легко и с удовольствием.
5 из 5.

Читаешь Бестужева-Марлинского и погружаешься в романтический мир литературы начала XIX века. Ни ссылка, ни служба солдатом на Кавказе и участие в боевых действиях не выветрили у него этот дух романтизма, придав только ему драматический оттенок. В этом полном именно трагического романтизма рассказе чувствуется хорошее знание автором Кавказа того времени, нравов и обычаев населяющих его народов. Мне сразу вспомнился потрясший меня памятник со скорбящей женщиной на могиле Грибоедова в Тбилиси, поставленный его женой, которая в течение всей своей оставшейся жизни приходила на могилу каждый день и молилась в возведенной часовенке. И слова, выбитые на памятнике: "Жизнь и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя, любовь моя!" Рассказ начинается именно неподвижным силуэтом даже не скорбящей над могилой, а убитой горем женщины в красном покрывале. Она мусульманка, а он православный русский офицер. Она уже ничего не боится после смерти любимого. Ни мести мужа, брата или отца, ничего! Любовь не признает различия в вероисповеданиях.
И опять Ю.Поляков попал в точку, поместив рассказ в сборник "О странностях любви"

Начиная читать, я думала, что будет банальная любовная история. Ну, парень и девушка любят друг друга, но отец девушки не хочет, чтобы они были вместе, и дальше пятьдесят страниц страданий. Но нет, всё оказалось не так просто.
Во-первых, у произведения чудесная атмосфера. Действие происходит в 14 веке в Новгороде, и при чтении создается какая-то такая медитативная атмосфера, свойственная произведениям именно древнерусской литературы (я читала в прошлом семестре!), но без занудности, очень приятная, текучая, спокойная книга.
Во-вторых, не раздражающая любовная линия, без особенных розовых соплей и картинного драматизма (а то я вот накануне украинского сентиментализма почитала, вот уж где сопли в сахаре).
И в-третьих, еще куча всего: и политическая ситуация (та, которая в 14 веке была), и патриотизм, и взаимовыручка, и народные традиции типа гуляний и сборов на вече.

В общем, разноплановая, живая, интересная и спокойная книга. А если учесть, что я не то, что ничего этого автора не читала, а даже фамилию вспоминаю очень смутно, то первое знакомство можно считать очень даже успешным.