Цитаты из книги Rayuela

– Объяснение суть принаряженное заблуждение, – сказал Оливейра. – Запиши.

Я не умею говорить о счастье, но это не значит, что у меня его не было.

Не хочу умирать, не узнав, зачем жил.

Он знал: без веры ни за что не случится то, что должно было бы случиться, а с верой - тоже почти никогда.

А что у нее в голове? Ветер или сладости, во всяком случае, нечто плохо усваивающееся.

Не подозрительно ли, что ясность сознания ведет к бездействию, не таит ли она в себе особой дьявольской слепоты?

Контакты, которые возникают при любой деятельности с людьми - по службе, в постели, на спортивной площадке, - были подобны контактам ветвей и листьев разных деревьев, которые, бывает, переплетаются ветвями и ласково касаются друг друга листьями, в то время как стволы их надменно уходят кверху параллельными и несовпадающими путями.

Я глотаю суп. И вдруг, отрываясь от чтения, думаю: "Суп во мне, он у меня в мешке, которого я никогда не увижу, в моём желудке". Двумя пальцами я ощупываю себя, чувствую под пальцами вздутие и как там, внутри, еда бродит. И получается, что я - это мешок с пищей.

Поставь, старик, "Jazz me Blues". Сджазуй мне блюз.

Ему не хотелось заниматься поверхностным анализом - отвлечение и филологические ловушки почти всегда уводили в сторону.

нечаянная встреча - самое чаянное в жизни

Одно мгновение - и улыбающийся человеческий рот может превратиться в мохнатого паука и куснуть

Но за каждым действием стоял протест, ибо всякое действие означает выйти из, чтобы прийти в, или передвинуть что-то, чтобы оно было уже не там, а тут, или войти в этот дом в противовес тому, чтобы не войти или войти в другой, — иными словами, всякий поступок предполагал, что чего-то еще не было, что-то еще не было сделано и что это можно было сделать, а именно — безмолвный протест против постоянного и очевидного недостатка чего-то, нехватки или отсутствия наличия.

Дело в том, что меня одолевает неслыханная мысль: человек создан совсем ради другого.

Arbeit macht frei.

Работа делает свободным.

We make our meek adjustments, Contented with such random consolations As the wind deposits In slithered and too ample pockets.

Мы ведем свою жалкую подгонку и довольны мимолетным участьем, и чем-то вроде ветровложении в безразмерных засаленных карманах.

This is a plastics age, man, a plastics age.

он подозревал, что всякая ясная мысль есть не что иное, как ошибка или полуправда, и не доверял словам, которые норовили сплестись благозвучно, ритмично, будто довольное мурлыканье, которое гипнотизирует читателя вслед за тем, как первой их жертвой станет сам писатель