Divergent

— По-твоему, я знаю все о слезах? – тихо спрашивает он.

Отец говорит... говорил... что в самопожертвовании- сила.

Я переворачиваю пистолет дулом к себе и вкладываю его в руку Тобиаса.

Им просто нужно больше влияния, и они обижены на Альтруизм за то, что их не слушают.

- Извини, если обидела, - добавляет она. — Я привыкла говорить все, что приходит на ум. Мама часто по-вторяет, что вежливость - это ложь в красивой упа-ковке.

– Как проверка? – спрашивает он.

Я накладываю горох в миску.

– Хорошо, – отвечаю я.

Я не гожусь в правдолюбы. Ложь дается мне слишком легко.
...
Вы двое что-нибудь слышали об этом?

– Нет, – отвечает Калеб и улыбается матери.

Мой брат тоже не годится в правдолюбы.

Щелкает взводимый курок. Возможно, позволить застрелить меня будет легко, как в пейзаже страха, как в моих снах. Возможно, просто раздастся выстрел, погаснут огни, и я очнусь в другом мире. Я неподвижно стою и жду.

Кроме того, у нас принято крайне серьезно относиться к лозунгу «Фракция превыше крови». Привязанность к семье означает, что вы не вполне довольны своей фракцией, а это постыдно.

Иногда боль - во благо.

Лучше кричать, чем плакать.