Религия в истории народов мира

С. Токарев долго-долго, на протяжении почти что всей книги терпел и даже довольно научно пытался анализировать историю религий, но под конец, в главах о христианстве и особенно в заключении его прямо-таки прорвало, и вылезли Маркс, Энгельс и материализм. Вообще, конечно, очерк и других религий, верований вышел из-под его пера с душком советскости. Очень странно, что книгу переиздали уже в современности, но не отредактировали. Наверное, дань уважения автору. Даже в предисловии, эдаком биографическом панегирике, автора хвалят именно за его материалистический, соответственно - научный подход к делу. И удивительный факт: я взялась за чтение данной книги по (косвенному) совету А. Меня. И он, кажется, даже выдвигал следующую точку зрения: дескать, интерес С. Токарева к религиоведению, его многолетнее изучение истории религий завуалированно свидетельствуют о том, что и ему самому не чужда вера в Бога. В предисловии такое предположение А. Меня жёстко оспаривается, и я к этому присоединяюсь. Если уж С. Токарев и обладал какой-либо верой, то он её либо тщательно скрывал, либо пытался подавить. Сложно представить себе верующего человека, который бы так едко насмехался над религией. Впрочем, лично для меня остаётся непонятным то, как можно действительно посвятить свою жизнь тому, что представляет собой лишь "дурман", "заблуждение человечества" и "выдумку попов" (как элегантно выразился автор в послесловии). По-моему, более действенный способ борьбы с "заблуждениями" - это нахождение более приемлемого и разумного объяснения мироустройства. Тогда "дурман" развеется сам собой. Но С. Токарев пошёл извилистой дорожкой...
Если кратко, то книгу можно расписать по нескольким тезисам. Во-первых, самый большой вклад в религиоведение сделали советские учёные. Автор ссылается преимущественно на их работы. И на Маркса. И неважно, что Маркс - не советский учёный. Интересно только, откуда же они сами взяли материалы для своих исследований? Ссылок на зарубежных авторов очень мало, а часто ссылок вообще нет. Автор безапелляционно выдвигает некое утверждение, не приводя ссылку на источник. Большинство таких утверждений - это исторические мифы, возникшие в эпоху Просвещения и направленные против христианства. Например, предположение, что Александрийская библиотека была уничтожена христианами. Автор преподносит этот сомнительный, не подтверждённый ни одним античным писателем "факт", как очевидный. Забавно, что при этом он опровергает историчность (!) Иисуса Христа тем, что якобы "мало исторических свидетельств". Таких ляпов у С. Токарева немало. Если читатель хочет получить от этой книги хоть какую-то пользу (а она несомненно есть), то лучше каждый вызывающий малейшее сомнение факт собственноручно перепроверять.
Во-вторых, постоянны и очевидны нападки на апологию религии. Даже такую, на мой взгляд, безобидную гипотезу как прамонотеизм, С. Токарев пытается опровергнуть, хотя она и не является серьёзным аргументом в пользу существования Бога (скорее просто небольшая опора в сфере богословия). Неприятно, что автор ставит перед собой очень серьёзную задачу - исторически обосновать несостоятельность религии, но при этом он не потрудился как следует проработать весь доступный ему материал, взглянуть на развитие религии с разных точек зрения, принять во внимание каждую мелочь. Нет, он просто выуживает из разных религий разрозненные факты и коряво сопоставляет их между собой. Например, как возникло таинство Крещения? Естественно, христиане заимствовали его у мандеев! Нет, неважно, что подобный ритуал был у многих народов мира задолго до христиан и мандеев. Нужны конкретные примеры! А у мандеев оно восходит к поклонению вавилонскому богу Эа. Возникает вопрос: как автор до этого додумался? И главное, преподносит он это как грандиозное научное открытие, мол, докопался до самых корней заблуждения! Такое чувство, что книга рассчитана на людей, которые запросто примут любое враньё за чистую монету и ни на секунду не задумаются. Ну а что, доктор наук написал же...
В-третьих (и это последнее), странная узколобость и желание доказать своё любой ценой особенно проявляются в заключительных главах книги. Рассуждения автора об искусстве не могут не порадовать. Как же хорошо, пишет С. Токарев, что искусство освободилось от пут религии... Эти глупые религиозные сюжеты только сковывали творческий порыв человека! То ли дело нарисовать портрет, натюрморт... Рисовать нужно то, что существует в реальности, а не всяких там небесных кумиров! Вот наскальная живопись, например: бизоны, мамонты, олени - приятно посмотреть, а всякие "шаманские рисунки" - ерунда какая-то. Правда, натуралистические изображения, говорят, тоже играли обрядовую роль, но это неточно. Или вот египетское искусство! Как же надоели эти пирамиды, заупокойные храмы и рельефы на религиозные мотивы. И тут автор приводит аж два примера "светского" древнеегипетского искусства: бюст Нефертити и статуэтка писца (интересно, какая именно?) В любом случае, видимо, С. Токарев решил не принимать во внимание то, что в Древнем Египте точное скульптурное воспроизведение служило эквивалентом телу усопшего человека и также использовалось в заупокойном культе... Далее автор сетует, мол, какие же великие гении вынуждены были прикрываться религией, чтобы создавать свои шедевры... Например, Моцарт (!), Бах (!!) и даже Микеланджело (!!!)
Тем не менее, я ставлю книге не самую плохую оценку. Её бы хорошенько отредактировать, и получится устаревшая, но добротная работа по истории религий. А пока она может служить разве что пособием для тренировки внимания на предмет различных неточностей и фальсификаций.

Как сказано в предисловии от издательства, эта книга «представляет собой обзор с марксистских позиций истории религии на протяжении многих веков ее существования». Обзор, в свою очередь, представляет собой хорошо структурированную и категоризированную компиляцию сведений о разных религиях, от самых «примитивных» до «национально-государственных» и «мировых», и поскольку разных религий много, а страниц в книге всего пять с половиной сотен немелким шрифтом, компиляция эта получилась несколько поверхностной, да к тому же не без некоторой тенденциозности — Токарев считает, что в основе любой религии лежит страх человека перед внешним миром и примеры склонен приводить соответствующие, подтверждающие тезис. Марксистские же позиции, сформулированные в ведении и заключении, по ходу основного текста выражаются в ритуальных плевках в сторону капиталистов-колонистов и не менее ритуальных упоминаниях основоположников некогда единственно верного учения, каковые упоминания иной раз выглядят комично, практически на уровне басни про муху на рогах вола, например: «Содержанием этого племенного культа было по преимуществу почитание сил и стихий природы (это отмечал Л. Морган и вслед за ним Ф. Энгельс)» — тот факт, что Энгельс в «Происхождении семьи, частной собственности и государства» пересказал и процитировал работы Льюиса Генри Моргана об ирокезах, подаётся так, словно Энгельс был таким же крупным специалистом по североамериканским индейцам, как сам Морган, и согласился со сделанными старшим коллегой выводами.

Короче говоря, это типичная советская работа по религиоведению: приведённый этнографический материал интересен, но вместо нормальной теоретической интерпретации этого материала — антирелигиозная агитация и пропаганда, отрицающая все положительные стороны религии (одна из главок заключения так и называется: «Воображаемая польза религии»). Тем не менее, структура, бойкость подачи и широта охвата материала позволяют рекомендовать эту книгу не только юным поклонникам ютуб-коммунистов или «четырёх всадников атеизма», но и всем, кто начал интересоваться религиоведением; для более опытных аматёров, прежде прочитавших и «Золотую ветвь» Фрэзера, и «Первобытную культуру» Тайлора, и «Ранние формы религии» того же Токарева, эта книга уже необязательна, поскольку нового в ней окажется мало.

Обильно употребляются такие слова как «буржуазный» и «классовый», из-за чего приходится постоянно переводить-перестраивать фразы с советского на русский, и это очень замедляет понимание текста, и особенно его осмысление, ведь из смысла приходится отсекать идеологическую составляющую. Поздние главы, особенно про христианство, буквально пропитаны марксизмом, постоянно цитируется Энгельс и сотоварищи. Эта однобокость, незаметная на первых порах, накладывает отпечаток на восприятие всего текста целиком. Кажется, что архаичные верования высмеиваются, тотемизм и шаманизм малозначимы, а глубоко трансцендентные даосизм и буддизм вообще сводятся к «Маркс тогда ещё не родился, и ничего никому не объяснил, вот и занимались фигнёй непонятной».
По сути это простое перечисление, описание в неактуальных ныне категориях безо всякого анализа.