Французская нация способна побеждать самые большие трудности, и нет невозможного для её усилий всякий раз, когда она сама захочет считать себя по меньшей мере равной любой другой нации мира.
Я взяла эту фразу из сочинения мосье Бугенвиля – лишь её одной достаточно, чтобы судить о стиле изложения. Вам говорят всё – и ничего; за красивыми словами может стоять глубокий смысл, ирония, гордость – или же пустота. Так по-французски…
Признаться, приступая к чтению «Кругосветного путешествия» я была преисполнена ожиданий: первая для Франции - и тринадцатая для остального мира – кругосветная экспедиция! До этого я близко познакомилась с дневниками Джеймса Кука, а плавание французов имело место почти в то же время (1766-1769), что и первое путешествие английского мореплавателя (1768-1771). Знакомая тема, знакомые места. Но чем больше страниц оказывалось перевернутыми, тем больше возникало у меня вопросов (основным был «какого чёрта?»).
Первый вопрос: командир экспедиции.
https://u.livelib.ru/reader/Alevina/o/lmyhcgok/o-o.png">
Я путешественник и моряк, то есть лгун и глупец в глазах той клики ленивых и надменных писателей, которые в тиши своих кабинетов бесконечно философствуют о мире и его обитателях и упорно пытаются подчинить природу своим вымыслам.
В своё время я задавалась вопросом: почему англичане выбрали на подобную роль Джеймса Кука – человека без связей, титула и состояния; разве что моряк был хороший, да, говорили, картограф неплохой. В случае выбора французов ситуация сложилась прямо противоположная, что вызвало не меньше недоумения.
Луи Антуан де Бугенвиль был сыном нотариуса – дворянство, герб, всё как полагается. Математический факультет в Сорбонне, отряд «чёрных мушкетёров», должность адъютанта генерала, звание полковника – человеком, судя по всему, он был талантливым и разносторонним. Однако его натура всё время требовала действий. В 1763 году он предложил Морскому министерству проект по обустройству колонии на Фолклендских островах. Заручившись поддержкой влиятельных лиц, Бугенвиль получил не только одобрение министерства, но и сменил эполеты полковника на звание капитана 1-го ранга. Вот так просто! Не пройдя через все этапы флотской службы – от мичмана, а может статься и простого матроса – в одно мгновение человек стал «первым после бога». Само собой, Бугенвиль освоил все тонкости мореходной науки, изучил картографию, навигацию и астрономию – и возможно этого было бы достаточно, чтобы и в самом деле стать неплохим капитаном, но для кругосветного плавания-то маловато. Никакая учёба не заменит годы практики.
Как человека упрекнуть Бугенвиля мне не в чем. Он не был ни глуп, ни безжалостен. Как любой образованный человек, он обладал довольно широкими взглядами – ему одинаково были чужды жесткость военных и коварство миссионеров. Ему нравилось путешествовать. Он не подвергал людей неоправданному риску, не совершал опрометчивых поступков, не множил неподтвержденные теории. Но море не было его призванием, как не были исследования его страстью.
Второй вопрос: корабли и подготовка к плаванию.
Это даже не вопрос – просто чистая боль. Для целей путешествия были построены два корабля: фрегат «Будёз» («Сердитый» или «Ворчунья», кому какой перевод по душе) и флейт «Этуаль» («Звезда»); последний был должен играть роль транспортного судна – уже то, что основной корабль не мог в соответствии с проектом взять на борт достаточно груза и провизии было тревожным звоночком.
15-го ноября 1766 года фрегат покинул Нант; 18-го, попав в шторм, лишился стеньг фок- и грот- мачт. Подробный осмотр показал, что корабль, построенный специально для кругосветной экспедиции для цели этой совершенно не годится. Несоразмерная высота мачт, излишний наклон наружных бортов – ах да, ещё оба судна пропускали воду как решето. И это было только начало… Скорости и маневренность фрегата и флейта абсолютно не согласовались – кажется, одно это удлинило плавание на год. Большая осадка не позволяла пристать почти ни к одному острову в Тихом океане – из-за чего испытывающие нужду в свежей пище и воде люди каждый раз вынуждены были проходить мимо райских островов. А сколько в пути было потерь! Едва ли не в каждый шторм суда теряли части мачт, реи – во время стоянки у Таити экспедиция лишилась 6 якорей. Что было виной вышеупомянутому – работа кораблестроителей или профессионализм офицеров, сказать трудно, но факт остается фактом – узнав о подобной подготовке экспедиции Нансен (непревзойдённый организатор всех времен) потерял бы сознание.
Третий вопрос: цель плавания.
Официально заявленная цель экспедиции Бугенвиля – передача колонии на Фолклендских островах Испании и путешествие вокруг света – через Южной море и Ост-Индию. Захват новых колоний и присоединение их к владениям Французской короны приветствовались, однако не забыли и науку – к экспедиции присоединились астроном и натуралист.
Настоящая цель осталась загадкой… Половина книги посвящена передачи колонии, пребыванию в Бразилии и плаванию через Магелланов пролив – эта часть довольно подробна и обстоятельна. Затем идёт собственно путешествие через Южный океан – я приготовилась к заявленным исследованиям – но, увы, Бугенвиль проносился сквозь группы островов Полинезии и Меланезии так словно за ним гнались! Ни одна из составленных им карт не охватывает в целом не то, что архипелаг, но даже остров. В введении к «Кругосветному путешествию» Бугенвиль предупреждает читателей, что «…этот рассказ не следует рассматривать лишь как развлекательный, так как он предназначен главным образом для моряков». А вот что напишет об этом произведении Дж. Кук в дневниках своего второго плавания:
…не знаю, что может извинить Бугенвиля, который не указывает положение ни одного пункта на всём пути, который он прошёл через это море. Этого он, видимо, старательно избегал по причинам, известным лишь ему самому. А если бы он приводил [для этих мест] столь же основательные навигационные данные, как и для Магелланова пролива, – а на это он был вполне способен, – то его описание было бы не только развлекательным, но и более полезным, чем все описания, когда-либо опубликованные.
9 дней – столько он посвятил Таити. 9 дней из 2,5 лет! Путь от Таити к берегам Австралии и вовсе напоминал прямую линию. Зато, оказавшись во владениях голландской Ост-Индской компании, потребность в исследованиях просыпается вновь – расположение островов, якорные стоянки, какие выращивают пряности на том или ином острове, какие укрепления держат голландские фактории – всё это не ускользает от внимательного взгляда французского капитана.
Стоит отметить, что во Франции заслуги Бугенвиля были оценены довольно высоко – пускай плавание не принесло экономической выгоды, оно во многом способствовало развитию ботаники, зоологии и … философии. Для просвещенных французских философов тема «благородного дикаря» стала глотком свежего воздуха, тем более что Таити был представлен едва ли не раем земным. Впрочем, известностью Бугенвиль и его книга были обязаны скорее красоте и легкости рассказа, нежели научным достижениям. Книга вышла красочной и насыщенной событиями: изгнание иезуитов из Южной Америки, огнеземельцы и таитяне, первая женщина совершившая кругосветное путешествие (устроившись на корабль под видом слуги натуралиста Коммерсона), тяготы и лишения – корабельные крысы в качестве деликатеса.
Ну а для меня эта книга осталась историей плохо подготовленной экспедиции и одного неглупого предприимчивого человека, обогнувшего земной шар.
6 понравилось
