Литературный памятник защитникам Лужского рубежа
Строительство укреплений на берегу Луги. Неширокая речка в этом месте.
Юрий Сергеевич Кринов, судя по всему, служил в войсках на Лужском рубеже по линии политотдела, после войны он стал военным журналистом - есть упоминание о его книге про военные училища для призывников. Но главным его трудом стала эта документальная повесть от 1983 года. В 1987-м году вышло ее второе издание, "дополненное и переработанное", Лужский рубеж. Год 1941-й , изданное Лениздатом уже вдвое большим, стотысячным тиражом, но я вполне обошелся и давно уже добытым экземпляром первого издания, которому исполнилось уже треть века. Больше ничего ни о авторе, ни о его творении узнать не удалось.
Значение "Лужского рубежа" - в увековечивании памяти о событии лета 1941 года, которое могло быть забыто из-за последующих бурных месяцев и годов боев под Ленинградом. Кринов написал повесть, безусловно качественную с литературной точки зрения и умеренно политизированную по сравнению с тогдашними главпуровскими трудами. И самое главное - она дала точку опоры последующим историческим изысканиям авторам уже наших дней, пишущих о сражении на Луге. Во всех трех предыдущих прочитанных мною книгах широко использовался и цитировался данный труд: где больше - где меньше, как правило, когда нужно было проиллюстрировать тот или иной боевой эпизод или решение командования сначала сухим языком документов, а потом прямой речью очевидца. В этом его можно сравнить с более известной Зеленой брамой Долматовского, с той поправкой, что Евгений Аронович как свидетель и как собиратель свидетельств гораздо более убедительней Кринова.
Вот в этом и состоит главная загадка по поводу достоверности рассказанного. Кринов построил свою книгу на коротких рассказов участников изо дня в день, начиная от идей по строительству рубежа, первыми боями на Луге, оперативной паузе и прорыву укрепленной позиции, но вот если он мог творчески перерабатывать воспоминания командующих, например Маркиана Попова из сборника 1964 года, но откуда он брал свидетельства рядовых и младших командиров непосредственно с такими деталями, которыми после войны уже и не упомнишь? То ли у него были какие-то дневники, где он отражал интересные донесения, то ли он пользовался при написании достаточно широким списком тогдашней военной прессы, причем со всего почти 250-км фронта укрепленной позиции. Прямо об источниках автор не пишет, но судя по тому, что приводимые им свидетельства достаточно точно бьются с документированными отдельными боевыми эпизодами у других историков - чаще "гуляет" дата, но канва событий совпадает - он имел доступ к информации выше низового уровня. В таком случае, спасибо что выжил и написал.
16 понравилось
