Вдруг он услышал слова Людовика:
— Ах, до чего же я буду здесь одинок!
С привычным удивлением взглянул Людовик д’Эвре на своего племянника, на этого неуравновешенного человека, поддающегося любому злобному движению души, копящего малейшие обиды, как скупец золотые монеты, гнавшего прочь собак, потому что когда-то одна укусила его, прогнавшего прочь собственного ребенка только потому, что был обманут женой, и жаловавшегося теперь на одиночество.
«Будь у него другой нрав и больше доброты в сердце, — думал д’Эвре, — может быть, и жена любила бы его».
Ваша оценка
tkomissarova30 декабря 2009 г.
4 понравилось95
Azama714 февраля 2026 г.
gotterdammerungt23 октября 2025 г.
Firbimatic2 октября 2025 г.