Коррупция

Гению необходимо одиночество.

Сидел бы на диване, не ушибся бы.

Знание – вещь хорошая, но не всегда достаточная.

– Технологический процесс составляли не дураки, – пояснил главный технолог. – Изменение его приводит в большинстве случаев только к кажущимся выгодам. Практически всегда уменьшается прочность изделия…

Вероятно, сильно бы он удивился, если бы узнал, что его братья по ремеслу – карманники, домушники – употребляют слово «деловой» как синоним слова «вор».

...знаете, что гвоздь, только не знаете, от какой стенки.

Павлу стало ясно, что сам он, Ветров, пишет черт знает что, на потребу обывателя.

Педагогическая деятельность не годится, потому что такие, как я, есть в каждом поколении, а на роль Иисуса не претендую…

Он любил и понимал горы, умел быстро спускаться, дважды ломался крепко и трижды по пустякам, лез наверх снова. Но эта часть его жизни была для окружающих далекой и непонятной. Павел всегда был шпаной, спорт тоже хулиганский выбрал. Никто не обращал внимания, что Пашка в своем лыжном деле первый, что он ни разу в жизни не отступил. Двоечник, драчун, теперь с гор кувыркается! Чему здесь удивляться, чем гордиться?

Жизнь вообще следует воспринимать философски, иначе инфаркт.

Любовь, как и нелюбовь, никуда не спрячешь.

Как это – вор?
Он себя называл человеком деловым.

«Я обязан найти убийцу, выполнить свой долг», – сказал этот милиционер. Шутин ненавидел это слово, долг ассоциировался для него с огромной черной гирей, которую вешают человеку на шею. Необходимо тащить ржавую гирю на шершавой цепи и делать вид, что тебе весело и приятно. Теперь вместо Павла мне будет изрекать сентенции этот милиционер, накручивал себя Шутин.

А имя тогда имя, когда завоевано. Это свидетельство о рождении каждому дают, только что из того произрастет, никому не известно.

Человек в принципе не любит, когда его хватают за грудки, а если он в мундире и при исполнении, то обижается совсем серьезно.

Человек, сомневающийся в своем всезнайстве и безусловной правоте, – личность, безусловно, неординарная.

– И запомни, у мужчин существует своя жизнь, никогда не лезь в нее.
– Ты-то иногда лезешь.
– Я старше. – Рита вздохнула. – И потом, дура.

Дорога даже в десять тысяч миль начинается с первого шага.

Лучше быть седьмым в упряжке, но на свободе, чем вожаком в одиночной камере