В мышеловке

“Те останки Реджины, на которых ты помешался, - это всего лишь скопление минералов. Эта… эта форма, которая лежит в морге, это не Реджина. Настоящая женщина у тебя в голове. В твоей памяти. Ты можешь дать ей жизнь, только сохраняя память о ней. Ее бессмертие в твоей голове. Ты убиваешь ее каждый день снова из-за того, что отказываешься продолжать жить.”

“Зачем загадывать вперед? Что будущее сделает с прошлым - трагедия будущего и прошлого. Только то, что мы сами сделаем завтра, можно принимать в расчет.”

Mужчины, - она повернулась ко мне спиной, - неразумные создания, они не могут быть счастливы, если не рискуют сломать себе шею

“Никогда в жизни я не стал бы использовать свой личный капитал для того, чтобы удержать на плаву умирающий бизнес. Если моя фирма пойдет ко дну, я быстренько поплыву к берегу. Безумие - тонуть вместе с бизнесом.”

“Если не задать вопроса, то и не найти ответа.”

Мы не устраиваем бассейна у вас в туалете. Просьба: не устраивайте туалета у нас в бассейне.

Человек делает важнейшие в жизни шаги, не подозревая об этом

Часто грабителей выдает желание остатся незамеченными. Eсли вы ведете себя так, словно имеете право на такое поведение, нужно много времени, чтобы у кого-то закралoсь подозрение в законности вашего права

Ничто лучше усталости и тревоги не убивает чувство неловкости

“Деньгоголизм, - начал Джик тоном лектора, вынужденного работать в посредственной аудитории, - широко распространенная болезнь, ею легко может заразиться любой, в ком есть хоть капля жадности, а жадность есть в каждом.”

“За массивными очками сверкали глаза, враждебные, как сорокаградусный мороз.”

“- Враги серые, - сказал я.
- А серый цвет получаешь, - кивнул Джик, - смешивая красный, белый и синий.
- Серая жизнь, серая смерть, и всех уравнивает одинаковое серое ничто.”

“- Что такое светотень? - спросила Сара.
- Всего лишь свет и тень, - усмехнулся Джик. - Контрасты и гармония. Технический термин. Все в мире - светотень, и все мужчины и женщины просто капли света или тени.
- И жизнь каждого тоже светотень, - добавил я.
- И каждая душа - светотень.”

“Понимаете, если человек не разбирается в одном, он хочет показать, что немного знает о другом. Вы не согласны? Чисто человеческая черта. Разве нет?”

…Наутро мы прощались в аэропорту.
— Как странно говорить «до свидания», — сказала Сара.
— Буду приезжать, — сказал я.
Они покивали.
— Ты пошел бы на это еще раз? — спросил Джик.
— Думаю, да.
Наклонился и поцеловал Сару, жену моего старого друга.
— Эй, — сказал он. — Найди себе свою такую.

— Это будет замечательная игра. Кошки-мышки. Кошки, не знающие, что они мышки, будут охотиться за мышками, знающими, что они-то и есть кошки.

Он показал на картину с конями, сохнущую на мольберте.
— Во сколько это обходится?
— Если считать стоимость материалов, около десяти фунтов. Если считать еще жару, холод, дорожные издержки, расходы на свет, еду, кров, виски и расстройство нервной системы, то выйдет приблизительно столько, сколько заработал бы за неделю, когда бы бросил пачкотню и опять занялся продажей недвижимости.
— Тогда немало, — сказал он серьезно.
— Я об этом не жалею.
— Вижу.

— Послушайте, а как он узнал, что я в «Хилтоне»?
Наступила тяжкая пауза.
— Это я ему сказала, — не выдержала Сара. В голосе вызов. — Джик не все тебе сейчас рассказал. Сначала они говорили… Гриин сказал, что обожгут мне лицо, если Джик не скажет, где ты. Он не хотел — я и сказала, лишь бы ему не пришлось… Это, наверно, очень глупо.
Подумал, что это ужасно трогательно. Такая необыкновенная любовь, и такая бездна понимания.

Джик вальяжно развалился в кресле:
— Мы не несем за него абсолютно никакой ответственности. Он докатился до того, что его сбрасывают с галереи…
— Как ты можешь такое говорить? — взвилась Сара.
— Мы не хотим иметь к этому никакого отношения.
Я не мог сдержать улыбки. Сара расслышала язвительный отзвук собственных речей трехдневной давности. Всплеснула руками, поняв, наконец, что к чему.
— Ах ты гад, — сказала она.
Джик улыбнулся, как кот, наевшийся сметаны.

За завтраком она сказала:
— Можешь себе представить, главная улица здесь — улица Тодд. И река тоже — Тодд.
— Вот что значит слава, — скромно ответил я.
(фамилия ЛГ - Тодд))