Царское правительство против буржуазной Думы
Очевидно, Думе нужны не те или иные люди, ей нужно право назначения министров по своему усмотрению, нужно право распоряжаться судьбами России. А тогда иудопокорная Дума протрет нам глаза и покажет, где раки зимуют… Вспомним мы тогда младотуречину! Раздавить Думу, это революционное гнездо!
Это самая сложная книга у автора из тех, что я читала. Не завидую историкам, которым нужно вот это всё держать в голове. Вытянешь вот так в советские времена билетик на экзамене – и рассказывай, что там Милюков в газетах писал, и какие у думских депутатов противоречия с министерством возникали. Перечитала даже свои рецензии на биографии Витте и Столыпина, но я там пишу такую банальщину, что сегодня совсем не понимаю, чем мне эти книги так понравились.
Наверное, сегодня как-то некрасиво упоминать, что на изменения в политике царское правительство пошло только когда отгремела Октябрьская стачка 1905 года. Тогда царь издал свой знаменитый манифест, но как мы увидим позже на деле его исполнение будет сопряжено со значительными трудностями. В России уже сформировался свой капитализм и буржуазия стремилась к власти, но пока что неуверенно. Царь и правительство Витте в то время даже не думали делиться этой властью, но для отвода глаз, успокоения общественности, нужно было что-то изобрести. Решено было пригласить в правительство общественных деятелей. Чтобы общественные деятели много себе не позволяли и ненароком не заимели чрезмерного авторитета, нужно было поставить кого-то такого, кто бы держал ситуацию в железном кулаке. «Железный кулак» по мнению Витте должен был обеспечить небезызвестный Дурново.
Вот так, одной рукой царизм издаёт манифест, а другой ставит в исполнительную власть отъявленного реакционера, который не только не подходит к программе манифеста, но и портит всё впечатление о намерениях. Кандидатура Дурново предлагалась Витте на пост министра внутренних дел. Никто из общественных деятелей не соглашался быть в составе правительства вместе с Дурново. Переговоры застопорились. Кадеты и либералы планировали получить власть легально, через Думу, а Витте не оставалось ничего другого, кроме как сформировать своё правительство без общественных деятелей. То есть, как это водится, пункты манифеста с таким правительством утонули бы в бюрократии. И, кстати, в манифесте ни слова о конституции, царь её не хотел.
Автор мало здесь говорит о том, что творилось в рабоче-солдатской среде, левые партии тоже почти не упоминает, однако не стоит забывать, что на заднем фоне торгов буржуа и царизма 13 октября 1905 года создан Совет рабочих депутатов. 27 октября откроется первая легальная большевистская газета «Новая жизнь». Рабочие создают патрули для охраны, организовывают кассы на вооружение. В ноябре в Советы появятся в Одессе и в Москве.
На забастовки и возникновение Советов царский режим ответил репрессиями – 25 ноября арестован глава Петроградского Совета Хрусталёв-Носарь. 3 декабря арестован весь Петроградский Совет. Сам же Витте находился постоянно в колеблющемся положении:
Витте хотел быть связующим звеном между старыми и новыми порядками. Но это ему не удалось. Старые порядки тянут его сильнее. Он применяет принцип Плеве: «Сначала успокоение, потом реформы», «и с этого момента судьба «конституционного министерства» бесповоротно решена». По мнению Витте толкование манифеста, которое дают земцы, «ведёт к сужению царской власти».
27 апреля 1906 года – первое заседание Думы. Большинство составляли члены партии кадетов.
Предлогом к роспуску Думы, который продвигал друг царицы Горемыкин, послужило принятое в Думе «обращение к народу», где правительству выражалось недоверие в решении земельного вопроса законодательным путём. Дума разрабатывала закон о принудительном отчуждении частных земель, правительство же не представляло возможным такой вариант.
8 июля царём после выслушанных докладов Горемыкина и Столыпина, было принято решение о роспуске Думы. Население на это событие ответило равнодушием.
Итак, сделка между царизмом и буржуазией в 1905-1906 гг не состоялась. По сути, царское правительство пыталось переманить общественных деятелей на свою сторону, тем самым обезглавить оппозицию, без того, чтобы разделять с ней власть. Таким образом, буржуазного правительства в России создать не удалось вплоть до лета 1915г. У царя же появилась новая надежда и опора – Столыпин.
Теперь уже Столыпин перенял невыполнимую задачу примирить царя и Думу. Но после роспуска первой, и фактически отсутствия волнений по этому поводу в общественности, царь посчитал, что что-либо менять теперь уж точно вне всякой надобности. Можно уже оставить затею с привлечением общественных деятелей.
О формировании нового правительства автор рассказывает, активно ссылаясь на мемуары А. Кони. Кони уговаривали возглавить министерство юстиции.
17 июля А.П. Гейден опять стал уговаривать Кони. Н.Н. Львов соглашается стать министром земледелия, Виноградову послана в Англию телеграмма с предложением занять пост министра просвещения. Шипов и князь Львов отказываются от участия. ДН. Шипов отказывался от вступления в правительство и потому, что не хотел быть в одном кабинете с Гучковым.
Со слов А.Кони:
Он /Гейден/ сказал мне также, что главная цель образования нового министерства есть воздействие на общественное мнение путём психического гипноза, результатом которого должны быть более умеренные выборы в будущую Думу.
Госдума II Созыва. Выборы дале не те результаты, которых ожидали кадеты и царское правительство. Количество социалистов увеличилось до 83, вместо 26 в первой Думе. А число кадетов упало до 123 вместо прошлых 184 (теперь 24%). Кадеты и Дума в целом в этот период отказываются от борьбы за власть как таковой, ставя на передний план о самом выживании Думы. Лозунг борьбы за буржуазное правительство был выдвинут только летом 1915г. При образовании «Прогрессивного бока» в IV Гос.Думе.
Далее автор сразу же говорит о 1915 г. И о IV. Созыве Думы. Часто Старцев ссылается в своей книге на воспоминания Милюкова. Примечательно, что тот считал вообще парламентаризм в России невозможным. «Если в Европе одна партия противопоставляется другой, и они призваны сменять друг друга у власти, то у нас противопоставляются бюрократия и общество».
Период июня 1915можно считать временем нового политического кризиса. Именно тогда российская армия терпит поражения на фронте, и именно в этот период в политику активно начинает вмешиваться Александра Фёдоровна. Не могу не процитировать её напутствия царю в то время:
Не забудь, что ты есть и должен оставаться самодержавным императором! – Мы ещё не подготовлены для конституционного правительства. Николай Николаевич и Витте виноваты в том, что Дума существует, а тебе она принесла больше забот, чем радостей.
Щербатов (министр внутренних дел) по её мнению давал печати слишком большую свободу, не нравились ей такжеГучков, Самарин и Поливанов.
19 июля состоялось открытие Думы, её председателем избран Родзянко.Именно в этот период будет сформирован так называемый «Прогрессивный блок» - новое большинство, без крайне правых и крайне левых. Их программа обходила намеренно вопросы, связанные с изменением социального строя страны, ничего не говорилось о земельном вопросе. «Блок» активно поддерживала буржуазия, но не революционеры.
Пока Милюков упивался надеждами на созданное им детище, Горемыкин снова поставил перед царём вопрос о роспуске Думы. Он был намечен на 3 сентября 1915 года, члены Прогрессивного блока ни о чём не подозревали.
Родзянко решил взять на себя роль посредника между царём и буржуазией и добиться отставки неугомонного Горемыкина. Вообще Родзянко становится жаль в этой его истории неблагодарного посредничества. Теперь уверена, что хочу прочитать его мемуары полностью. Я позже процитирую, как он описывал ощущения после доклада царю, его последнего доклада. Автор также пользуется перепиской жены Родзянко с Юсуповой, часто ссылается на неё ввиду отсутствия в научном обороте нужных документов. Не знаю, доступна ли она теперь, но тоже хотелось бы прочесть.
Ноябрь 1916 г.Буржуазная оппозиция в лице Думы открыто выражает правительству недоверие и настаивает на созыве нового министерства. Пуришкевич открыто в своих речах позволял себе критику. В ходу были частушки и памфлеты. Один такой автор цитирует, он посвящён министру внутренних дел Протопопову - главе «распутинской фракции» в правительстве (большой друг царицы, кстати), процитирую и я:
У премьера Трепова
В клетке золоченой
Есть для блока левого
Попугай ученый.
Кто про что беседует,
Кто кого пугает -
Про то Попка ведает
Про то Попка знает.
Конец 1916 года, повсюду слухи о том, что царя скоро уберут. «Прогрессивный блок» настроен решительно, генерал Крымов сообщает о том, что в армии тоже настроения соответствующие. У буржуазии больше нет связующей ниточки с царским правительством, как летом 1915ого. Революционная ситуация всё нарастает. Только силой, давлением она теперь может добиться власти.
Итак, в январе 1917 года все ждали новых событий: одни — революции, другие — беспорядков, третьи — военного переворота. Гучков и его помощники плели заговор, Милюков и кружок будущих членов Временного правительства первого состава ждали, когда Мавр сделает своё дело. Правые во главе с императрицей толкали царя на путь роспуска Думы и усиления репрессий. Протопопов готовился к серии арестов, а на фабриках и заводах в Петрограде вели свою работу большевики, готовя новый подъём стачечного движения.
9 января 1917 столицу охватывает большая забастовка. Царь уже с 19 декабря находится в Царском Селе. Родзянко в панике пытается образумить государя. Вот так он описывает его в то время:
Резкий, вызывающий тон, вид решительный, бодрый и злые, блестящие глаза.
Николай 2 отказался слушать устный доклад Родзянко, как это происходило обычно, и тому пришлось читать заготовленный текст по бумаге. В другом докладе от председателя говорилось о катастрофическом состоянии экономики страны, содержались требования разрешить профсоюзы рабочих, выработать законы о социальном обеспечении безработных. Этот доклад Николай даже слушать не стал, говоря что-то вроде «нет времени на эти пустяки», и что у него, мол, другая информация.
Родзянко сообщил царю, что наверное, это был последний его доклад, на что тот удивился.
22 февраля Николай уедет в Ставку, императрица в письмах всё ещё пишет ему о «властной руке», а уже 23 февраля страну охватят революционные события.
Пока писала «конспект», содержание книги больше систематизировалось в моей голове. Загляну, когда будет необходимость, ведь книга гораздо сложнее по содержанию, чем предыдущие, но более внятная, чем то, что я прочитала в упомянутых биографиях Столыпина и Витте.
57 понравилось
