Отзывы о книге Монахиня

«Жак-фаталист и его хозяин» это очень разговорный, ехидный и необычно современный роман о том, как люди пытаются придать смысл тому, что с ними случилось.

Больше всего роман понравится читателям, которым важны не только история и персонажи, но и сама организация текста: любителям экспериментального романа, ненадежного рассказчика, философской комедии, спора между идеей и жизнью. Тем, кто ищет безупречно плавный сюжет, он может показаться мешковатым; тем, кто любит, когда классика заранее изобретает приемы модернизма и постмодерна, — почти ошеломительно современным.

Читала, что книга написана по реальной истории женщины, что вполне можно соотнести с текстом произведения. Даже будь это собирательный портрет монахини того времени, все равно крайне жутко и зябко на душе. Книга читается очень легко, если говорить о слоге, но достаточно трудно, если говорить о смысловой составляющей. Концовка скомкана и сжата,  я ждала чего-то иного, если, конечно, это не имело места быть в действительности. Произведение о быте, кровавом и варварском быте в стенах святой церкви, о лишении воли, о стенаниях несчастной души, против води отданной в заточение. 

Прежде всего, хочу отметить, что понимаю: не все описанное в книге имеет или имело свое отражение в реальности. Однако вместе с тем нельзя исключать и того, что монастырские устои, покоящиеся за крепкими стенами, пресыщены жестокостью и отвращению ко всему, что пытается выйти за рамки "религиозности" и "традиционности". Так или иначе Дидро в этой книге очертил достаточно примечательные границы - границы человеческой сущности. Дидро прежде всего показал людей, которым свойственно все: добродетель, гнев, зависть, раболепие и все, что только можно вообразить. Для автора, который являлся одним из первых настоящих атеистов, религиозная привязанность человека - не повод утверждать, что большинство людей не являются порочными, жадными и злобными существами. Идя в ногу с другими представителями французского просвещения, Дидро в "Монахине" показал, что религия тождественна лицемерию, когда человек, руководствуясь высшими материями, опираясь на "безусловный закон" может бесчинствовать с теми, кто с ним не согласен. И никакая "божья обитель", никакие монашеские одеяния не способны скрыть этого лицемерия, как и не способны его оправдать в глазах людей, не разделяющих подобные религиозные чувства. С каждым новом истязанием Сюзанны, с каждым плевком в ее сторону, с каждым ударом от ее сестер, гневных взглядов, злобных шептаний за спиной все больше убеждаешься в том, насколько злобен человек, скрывающийся за маской лицемерия. И кажется, что судьба героини после побега из монастыря, несмотря на весь ужас, что ее наверняка ждет дальше, кажется, не так страшна, как ее жизнь в обществе монахинь.

Как-то так получилось, что один великий писатель уверил читателей, что жизнь-игра. В «Племяннике Рамо» Дидро предлагает альтернативу «Игре»- пантомима или «танцевальная поза». -Ведь если от природы человеку свойственен аппетит, и если порой бывает нечего есть, это вовсе не порядок! Что это за хозяйство, черт возьми! Одни обжираются, а у других -нечем перекусить, хоть они и обладают желудками. Но что хуже всего-так это неестественная поза, в которой нас держит нужда. Человек нуждающийся ходит не так, как другие: он прыгает, ползает, изгибается, он пресмыкается; жизнь свою проводит в том, что принимает разные позы…Вот и я …осматриваюсь по сторонам и принимаю те или иные позы или забавляюсь, глядя на позы, принимаемые другими. Я мастер пантомимы… И Дидро, в общем-то, согласен с Рамо! Писатель называет «тремя источниками»- «место, где я запасаюсь смешными масками, которые надеваю на лица важных особ» - дурачества Рамо, рассказы аббата Галиани и вымыслы Рабле… Дидро уточняет: видимо, в этом мире нет никого, кто бы не проделывал разные па из вашего танца? -Во всем королевстве только один человек и ходит - сам монарх. Все прочие лишь принимают позы. Дидро уточняет: - Но ведь король принимает «позы перед своей любовницей и перед богом, он выделывает па из своей пантомимы»?...Право же, то, что вы называете «пантомимой нищих» -это великий хоровод нашего мира. А вот утверждения Дидро, что «Диоген не выплясывал пантомиму …ни перед Периклом, ни перед куртизанкой»-звучат неубедительно. Чтобы не унижаться (и стать философом) «нужно просто возвращаться в свою бочку и обходиться без нее(без любви куртизанки, в этом смысле). И как патетично звучит заключение правильного «Я», под которым ,видимо, и выступает Дидро: - Житейские блага имеют свою цену, но вы не знаете, ценой каких жертв вы их приобретаете. Вы танцуете, танцевали и будете танцевать гнусную пантомиму. Вот и говори после этого с писателями по душам!

Во Франции времен Дидро женщинам приходилось не сладко! О жизни баронесс и маркиз- дам высшего света, Дидро, правда, не пишет. Но вот простой девушке даже в приюте святой Екатерины тяжко: - туда приходят «развратники и городские сводницы за добычей». Прачкой-тяжело:- «… кормят скверно, помещение и кровать очень плохи». Место горничной, кастелянши или простой служанки найти трудно. Француженки думают, что смогут спастись от тягот жизни в монастыре? Ведь там, поговаривают, живут «как у Христа за пазухой, пьют, едят, молятся Богу и спят»… Дидро камня на камне не оставляет от этой уверенности в сердцах благочестивых француженок ! -Если у вас есть дочери…нельзя позволять им вступать в монашество без сильнейшего призвания к нему! Лучше убейте свою дочь, но не запирайте в монастырь против ее воли. - В монастырских общинах есть слабоумные; таких даже очень много… -Знайте, хорошая монахиня лишь та, которая пришла в монастырь, чтобы искупить тяжкий грех! - Я сделалась монахиней так же бессознательно, как сделалась когда-то христианкой… Впрочем, описание страданий, издевательств над юной девушкой, в силу жизненных обстоятельств вынужденной уйти в монастырь, не главное в романе. Главной своей задачей автор видит борьбу с религией вообще. А злобные или развратные, угрюмые и суеверные настоятельницы монастырей, безвольные или жестокие монахини -лишь слабые примеры этой начатой Дидро войны. - Кажется странным, что одна и та же вещь исходит и от бога, и от дьявола, смотря по тому, с какой стороны вздумается монахиням на них посмотреть. В религии есть много таких несообразностей: одно и то же зло исходит либо от бога, который испытывает нас, либо от дьявола, который нас искушает…

Говорили папа с мамой: иди в монастырь, дочка. Деньги вышли, сестры своими не поделятся, а жить на что-то надо. А дочка упрямая попалась, своенравная. Вроде и признает резонность родительских доводов, а в монастырь идти не желает. То скандал прилюдный в монастыре устроит, от обета отказавшись, то монастырский устав от корки до корки выучит и что в уставе не прописано, делать отказывается и других на это подбивает. И кто знает, какова была бы эта история, если бы не умерла настоятельница, умевшая и в людях разбираться, и в делах знавшая толк. Она и слово поддержки найти могла, и утешить, и приласкать. А как умерла она, так и пошло: обозлились все на нашу героиню, мучают ее нещадно, ведь она не просто чувствует отвращение к монастырскому служению, но и не боится высказывать свое нежелание и отвращение прилюдно, дело даже до суда доходит. И книга эта – перечисление бед и мытарств монахини, горькое сетование на свою долю, сомнение в необходимости существования монастырей, где царит произвол и принуждение, а люди от безделия (или от тяжело работы) и невежества или сходят с ума, или тупеют, или предаются извращениям. Или мечтают о самоубийстве…