Я ее любил. Я его любила

Лично я ничего не ждал. Ничего. Я работал. Работал еще, и еще, и всегда. Работа была моей маскировкой, моим щитом, моим алиби. Моим предлогом, чтобы не жить.

Я люблю в тебе все, что вижу, и то, чего не вижу. А ведь я вижу твои недостатки. Но, знаешь, мне кажется, твои недостатки дополняют мои достоинства.

Забавно, как некоторые образные выражения оказываются не просто образными. Ведь нужно хоть однажды сильно испугаться, чтобы понять, что такое «холодный пот», или серьезно поволноваться, чтобы осознать, каково оно, когда «сосет под ложечкой». Разве не так?
«Брошенная женщина» - то же самое. И кто только такое придумал?
Бросить за борт.
Оторвать и бросить.
А самому сняться с якоря.
Выйти в открытое море, расправить крылья и предаваться любви на других широтах.
И, правда, лучше не придумаешь…

Я все обдумала, я не питаю иллюзий – я люблю тебя, но не доверяю.

Я считала себя умнее всех, думала, что понимаю жизнь лучше остальных, радовалась, что не попалась в ловушку. А потом появились вы, и вот я совершенно запуталась.

А еще я не умею нравиться людям… Как говорится, у меня нет харизмы.

Языком надо владеть виртуозно. Не улавливаешь подтекст - теряешь контроль.

“В те годы девушки выходили замуж, если у них случалась задержка. Для вас это доисторические времена.”

Как же это здорово, когда тебе восемь лет.

Я ухожу. Я свое отплакала.

Чего ждешь от жизни в сорок два? Лично я ничего не ждал. Ничего. Я работал. Работал еще, и еще, и всегда. Работа была моей маскировкой, моим щитом, моим алиби. Моим предлогом, чтобы не жить. Потому что я не очень-то любил жизнь. Считал, что не создан для жизни.

— Так, значит, любовь — это бред? Так? И всегда кончается одним и тем же?
— Вовсе нет. Только нужно бороться…
— Как именно?
— Потихоньку. Делать каждый день маленький шажок, иметь мужество быть собой, решить, что будешь сча…
— Ну и ну! Кто бы говорил! Просто Паоло Коэльо…
— Смейся, смейся…
— Быть собой — значит бросить жену и детей?
— А кто говорит о детях?
— Не надо, умоляю. Вы прекрасно знаете, что я хочу сказать…
— Нет.
Я снова заплакала.

Думаю, тебе стоит переключиться на йокари, эта игра гораздо забавней. Ударяешь по мячику, который держишь на веревочке, и не знаешь, куда именно он вернется, но точно знаешь, что вернется, обязательно - в этом-то весь кайф. Мне иногда кажется, что я... Что я - твой шарик-йокари...

– На работе я человек жесткий, но там я играю роль, понимаешь? Я просто обязан быть жестким. Обязан держать подчиненных в страхе. Представляешь, что было бы, узнай они мою тайну? Что было бы, узнай они, что я на самом деле робкий? Что мне приходится затрачивать в три раза больше усилий, чем другим, на одну и ту же работу? Что у меня плохая память? Что я тугодум? Понимаешь? Да знай они все это, они бы меня заживо сожрали

      Кровные узы... Дурацкое понятие... Вы были неспособны прижать к груди своих детей, хоть раз сказать им, что вы их любите, но при этом я точно знаю, в любой ситуации вы встанете на их защиту. Что бы они ни сказали, что бы они ни сделали, они всегда будут правы перед нами, варварами. Перед нами, у которых другие фамилии.

Я утратил любовь всей моей жизни и остался с женщиной, которая не бросала меня исключительно из-за привязанности к колбаснику и молочнику.

"В моей семье обниматься и целоваться было так же естественно, как дышать."

'...странный человек...Похож на рыбу...Вечно уворачивается и всегда выскальзывает из рук...'