Он упорно называл это «деталями», но тем, кто считает деньги «деталями», вряд ли приходилось из-за них переживать.

“хотя машина большая, она все же недостаточно велика для двух людей, которые не разговаривают друг с другом.”

“– Мне просто хотелось что-нибудь на память о том времени, когда мы любилли друг друга.
– Знаешь, когда ты в следующий раз соскучишься по мне, забери, к примеру, нашу фотографию в рамке, а не лимитированное издание плаката с Мао Цзедуном за четырнадцать тысяч фунтов.”

“Депрессия – это болезнь, кого хочешь спроси.”

Такие, как мы, не могут преуспеть. Мы никогда не продвинемся вверх по социальной лестнице. Так и будем барахтаться у ее подножия, пытаясь взобраться на других бедолаг, словно крысы в подвале, чтобы не замочить хвост.

Теория вероятности и закон больших чисел утверждают: иногда нужно пытаться снова и снова, чтобы получить желаемый результат. Чем больше пытаешься, тем скорее получится.

Знаешь что, Никки? У нас не было выбора. <...> Если нет выбора, все довольно просто.

На боку их маленького белого фургона красовалось не слишком оригинальное название «Бенсон и Томас, услуги по уборке». Натали написала ниже по трафарету «Знаем о грязи все», но через два месяца Джесс обратила ее внимание, что половина звонков не имеет никакого отношения к уборке.

Она сказала, что решила на время забыть об экономии, потому что иногда надо поблагодарить судьбу за все хорошее и пожить полной жизнью.

“хватит упиваться своим горем. Пора двигаться дальше. Разбитое сердце – слишком дорогое удовольствие”

“Шона Брайант заявила, что у нас странный дом, потому что у нас слишком много книг.”

Помните, хорошие вещи случаются.

Джесс хорошо знала, что случается, если мать не прижимает тебя к груди, не твердит все время, что ты лучший ребенок на свете, или просто не замечает, дома ты или нет. Ты замыкаешься в себе. Тебе не нужна мать. Тебе никто не нужен. И ты ждешь, сам того не понимая. Ждешь, что всякий, кто приблизится, разглядит в тебе что-то нехорошее, чего не замечал вначале, охладеет и исчезнет, как морской туман. Потому что с тобой непременно что-то неладно, если даже собственная мать тебя не любит.

– Вы… Вы хотели этим заниматься?
– Хотела ли я стать уборщицей? – Она подняла бровь, как бы спрашивая, не шутит ли он. – Гм, нет. Я хотела стать профессиональным аквалангистом. Но родилась Танзи, а детские коляски плохо держатся на плаву.
– Ладно, это был дурацкий вопрос.

– Что за… – Женщина смотрела мимо Эда. – Джесс? О господи! Я думала, у тебя в доме кто-то есть.
– Конечно есть. Я!

Натали состроила рожицу, которая означала, что Джесс способна разглядеть светлую сторону даже в ядерном апокалипсисе.

“– Гм… Насчет того, что я врезала брату… Наверное, он рассказывал вам, чем я зарабатываю на жизнь. Я просто хочу подчеркнуть, что обычно не бью людей.
– Думаю, братья не в счет.
Глаза Джеммы сразу потеплели.
– Весьма разумное правило.”

“она совершенно не умеет скрывать свои чувства – они отражаются на ее лице, словно деревья в неподвижном пруду.”

“– Его зовут Дэвид. Он ищет девушку, которой нравится готовить, убираться и гладить. И иногда ходить в походы.
– В супермаркет? – съязвил Дес.”