— Сын мой, — сказал он. — По дороге сюда ты видел на улицах и в комнатах много народа; эти люди собрались, чтобы отрубить голову твоему отцу: не забывай этого никогда. Быть может, наступит день, когда эти люди захотят провозгласить тебя королем, обойдя принца Уэльского и герцога Йоркского, твоих старших братьев, из которых один находится во Франции, а другой — не знаю где, но ты не король, сын мой, и можешь им стать только после их смерти. Поклянись же мне, что ты позволишь надеть на свою голову корону только тогда, когда будешь иметь на это законное право. В противном случае, сын мой, — запомни мое слово, наступит день, когда эти самые люди лишат тебя короны и вместе с ней головы, и в этот день ты не сможешь умереть так спокойно и с такой чистой совестью, как умираю я. Поклянись же мне в этом, сын мой!
Мальчик протянул руку, коснулся ею руки отца и произнес:
— Ваше величество! Я клянусь вам в этом…
Король прервал его.
— Генрих, — сказал он, — называй меня просто отцом.
— Отец мой, — снова заговорил мальчик, — клянусь, что они скорее убьют меня, чем заставят сделаться королем.
Ваша оценка
