Петер Каменцинд

я постепенно все больше понимал, что счастье едва ли зависит от исполнения внешних желаний и что страдания влюбленных юношей, как бы мучительны они ни были, лишены всякой трагики.

Это образ великой роженицы,Праматери,и тайна её заключается не в той или иной детали,в особой полноте или худобе,грубости или изяществе,силе или прелести,как то бывает в других изваяниях, - она заключается в том,что в ней мирно соседствуют величайшие,непримиримейшие противоречия : рождение и смерть,добро и жестокость,жизнь и истребление.

Все и вся были равны пред нею,Праматерью,надо всем светила,точно луна,ее непостижимая улыбка:умирающий на булыжниках рыночной площади карп был ей так же дорог,как и объятый тяжкими думами Гольдмунд:гордая,холодная дева Лизбет была ей не дороже рассеянных по лесу костей того Виктора,что хотел выкрасть у него золотой дукат.

...он увидел прекрасный и жуткий лик Праматери,склоненный над бездною жизни;с потерянною улыбкою смотрела она на рождения и смерти,на цветы и шуршащие осенние листья,на искусство и тлен.