Цитаты из книги Дженни Герхард

Раз он мог уйти от нее сейчас — пусть с колебаниями, с болью, — чего же ждать от того времени, когда он будет свободен и вдали от нее?

Дженни присматривалась к нему, всей душой желая помочь, но он не делился с ней своим горем. Он страдал, и ей оставалось лишь страдать вместе с ним.

Когда бывала оскорблена его гордость, Лестер злобно замыкался в себе

Она так старается поступать хорошо. Разве люди не могли бы помочь ей, вместо того чтобы толкать ее в пропасть?

Один из самых чувствительных ударов нанес ему непреднамеренно, а потому особенно жестоко

…мир прекрасен и вполне достоин того, чтобы воспевать ему хвалу.

Он в это время размышлял о том, сколь проходящее всё в этом мире - и жизнь, и слава, и сколь бесплодна с этой точки зрения его политическая деятельность. "Сколько мы бьёмся, чтобы завоевать какое-то положение, - думалось ему, - а пройдёт несколько лет, и как мало это будет значить для меня!"

Общество в целом на редкость плохо разбирается в людях. Единственный его критерий - "что скажут другие".

Если мечтатель заглядится на пролетающие облака, его упрекнут в праздности. Если он вслушивается в песни ветра, они радуют его душу, а окружающие тем временем спешат завладеть его имуществом.

Мир гордыни и алчности косо смотрит на идеалиста, мечтателя.

...жизнь очень похожа на фарс...Глупая комедия, и больше ничего. Единственное, что можно сделать, это сохранить свое "я". А честности, насколько я могу судить, от нас никто не требует.

Но ведь для того, чтобы пить, надо чувствовать жажду.

Не всякий ум измеряется каким-нибудь одним безрассудным поступком; не всякого можно судить по одной какой-нибудь страсти.

"Вот мы бьемся, жаждем завоевать какое-то положение, - думалось ему. - А пройдет несколько лет, и как мало все это будет значить для меня!"

Мало что бывает в жизни. иногда кажется, что дело совсем плохо, а выходит к лучшему.

Жизнь прекрасна и в худшие, и в лучшие часы её, и всегда была прекрасна.

Общество в целом на редкость плохо разбирается в людях. Единственный его критерий — «что скажут другие». Единственное его мерило — чувство самосохранения. Сохранил ли такой-то свое состояние? Сохранил ли такой-то свою чистоту? Как видно, лишь очень редкие люди способны порою высказать самостоятельное суждение

Если тебя мучит то, как ты живешь, — вставай и уходи. Почему бы и нет? Что за беда? Кто-нибудь, конечно, умрет, и кто-то будет оплакивать его. Но родятся другие. И уйдешь ты или нет — все равно кто-то умрет, а кто-то будет страдать. Так зачем убиваться, если один проиграет, а другой выиграет? Бери жизнь, как она есть. Иди туда, куда влечет тебя душа, и пусть силы, управляющие жизнью, каковы бы они ни были, позаботятся, чтобы из этого не вышло беды.

Русские относятся к любви, к верности или измене с каким-то фатализмом, а поэтому более покорно и равнодушно, чем у нас. Зачем восставать против того, что уже произошло? «Бывает», — говорят русские. Или: «Так уж вышло».