Et apres...

Если человек не готов ко всему, он не готов ни к чему.

Пол Остер

— Просто доверьтесь мне.
— А где гарантия, что вы не опасны?
— Никакой гарантии. Любой человек может быть опасным.

Такая вот незадача: смерть заставляет задавать самые важные вопросы, когда уже слишком поздно.

-Она родилась в рабочем квартале Хьюстона, в простой семье. Родители развелись, когда ей было три года. Она уехала с матерью в Нью-Йорк. С отцом виделась часто, пока ей не исполнилось одиннадцать.
-Таких, как она, тысячи.
-Думаю, вы не стали бы хорошим врачом. Ведь каждый человек единственный и неповторимый.

— Бабушка не любит, когда я ее спрашиваю о смерти. Говорит, что я слишком мала и это приносит несчастье.
— Глупости, дорогая. Просто взрослые боятся разговаривать о смерти с детьми.
— Почему?
— Чтобы не напугать их; хотя, если не говорить об этом, еще страшнее. Люди всегда боятся того, что им не знакомо.

Но жизнь — не соревнование и не война, и ты не обязан каждую минуту подтверждать свои достижения.

— А я… должна презирать богатых?
— Нет! Суди о людях не по их деньгам, а по их поступкам. Понятно?

Никто и никогда не говорил о ней, об удаче, здесь, в этой местности, но именно она ценилась гораздо выше личных качеств. Оказаться в нужном месте в нужное время хотя бы раз в жизни - вот что самое главное.

Смерть заставляет задавать себе важнейшие вопросы, когда уже слишком поздно.

Перестанешь бояться, когда прекратишь надеяться.

Затем, что смерть повсюду. В каждом человеке в любой момент его жизни силы жизни и смерти постоянно ведут борьбу.

Неужели все мы в жизни, как эта маленькая свеча, одни в темноте?

Каждую секунду гибнут дети и невиновные. Смерти нет никакого дела до чьих-то благих порывов. А люди тешат себя сказкой, что Господь помнит о них, что Он их любит!

– Нет, поверь, плачут все, Те, кто больше не плачет, – самые несчастные люди на свете.

Против всего можно добыть себе безопасность, а что касается смерти, мы, все люди, живем в неукрепленном городе.

• Никто не бывает слишком молод, чтобы умереть, – отозвался Гудрич. – Мы умираем в назначенный час, вот и все.