Рассказы

Русский актер не умеет шалить, он в водевиле играет глубокомысленно; так и мы: когда приходится говорить о пустяках, мы трактуем их не иначе, как с высшей точки зрения. Это недостаток смелости, искренности и простоты.

Было сыро, грязно, неуютно, и вид у плеса был холодный, злой.

Свобода есть благо, говорил я, без нее нельзя, как без воздуха, но надо подождать. Да, я говорил так, а теперь спрашиваю: во имя чего ждать?

Эти воображаемые картины были различны, смотря по объявлениям, которые попадались ему, но почему-то в каждой из них непременно был крыжовник. Ни одной усадьбы, ни одного поэтического угла он не мог себе представить без того, чтобы там не было крыжовника.

Она не плакала, но была грустна, точно больна, и лицо у нее дрожало.

Хочет он, по-видимому, что-то сказать, но из горла не выходит ничего, кроме сипенья.