Убийство Гапона

Жаль, что такие книги больше не печатают, а ведь это ни много ни мало, - целый исторический документ. О Гапоне и «кровавом воскресенье» (9января 1905 года) уже читала Владимир Кавторин - Первый шаг к катастрофе (сборник) , эта книга стала для меня в некотором смысле продолжением истории, а также отличным дополнением к представлению, что же за личность был этот самый поп-революционер.

Автор воспоминаний П.М. Рутенберг – член партии эсеров, именно ему удалось «раскусить» Гапона и сделать так, чтобы его двойная игра стала известна рабочим – тем самым, «его» (Гапона) рабочим, к которым он втёрся в доверие.

Рассказ начинается с событий 9 января 1905 года – того самого рокового дня, когда рабочие под предводительством их наставника – Георгия Аполлоновича Гапона, пошли с петицией к царю. На этом этапе Георгий Аполлонович ещё полностью на стороне трудящихся и корыстного интереса за ним не замечено. Он искренне верил в свою затею и был уверен, что солдаты не будут стрелять в безоружных людей с портретами царя и иконами. Однако, события обратились в трагедию - солдаты не то что разогнали толпу с помощью огнестрельного оружия, но даже не гнушались добивать тех, кого пули не поразили на смерть.

Как ни странно, Гапон не стал предателем революции, наоборот даже, в своём роде её лидером, своеобразным символом. Ему помогли бежать за границу. На этом этапе происходит его неожиданное перевоплощение – появляется самолюбование, так сказать «головокружение от успеха». Рутенберг с долей иронии описывает, как Гапон долго рассматривал неожиданно попавшуюся ему в Женеве на глаза открытку с собственным изображением.

Образ Гапона раскрывается дальше - как демагог он прекрасен, но к делу непригоден. В партии поручения его не устраивали, подчиняться «герой революции» никому не желал. Бывший священник быстро скатился в кутежи и пьянство. В Россию он вернётся только благодаря амнистии, где будет просить его легализовать. Дорога к законному возвращению к своей прежней деятельности вскоре приведёт его к небезызвестным господам, стоящим на службе царской власти, - Герасимову, Рачковскому, Дурново, Трепову, Витте. А те непрочь будут использовать "символ революции" в своих целях, дать ему возможность доказать свою лояльность.

Гапон был хитёр, но не умён. Это видно из диалогов, которые Рутенберг старательно приводит в отчётах партии. Надо заметить, что Автору удалось не только точно воспроизвести, о чём шла речь, но и проявить недюжинный писательский талант. Особенно ценен последний диалог Рутенберга и Гапона – где ничего не подозревающий поп выдаёт себя и свой обман с потрохами, а рабочие находящиеся в запертой соседней комнате слышат каждое слово. Конечно, Гапон был доверчив, совершенно не владел навыками конспирации, умел говорить только прямо, а если он врал или недоговаривал – это было всегда заметно. Мне показалось, что особых хлопот революционерам он не доставил со своим разоблачением.

Каждая такая история тянет на захватывающий детектив, помещённый в эпоху начала XX века. Прочитала с огромным интересом.