Цитаты из книги Девяносто третий год. Эрнани

Над революциями, как звездное небо над грозами, сияют Истина и Справедливость

Революция есть по сути дела одна из форм того имманентного явления, которое теснит нас со всех сторон и которое мы зовем Необходимостью

14 июля скрепил подписью Демулен, 10 августа - Дантон, 2 сентября - Марат, 21 сентября - Грегуар, 21 января - Робеспьер; но Демулен, Дантон, Марат, Грегуар и Робеспьер - писцы Истории. Могущественный сочинитель этих незабываемых строк имеет имя, и имя это Бог

В Конвенте жила воля, которая была волей всех и не была ничьей волей в частности. Этой волей была идея, идея неукротимая и необъятно огромная, которая, как дуновение с небес, проносилась в этом мраке. Мы зовем ее Революцией

Да ведь честному человеку такие слова слушать – прямо нож в сердце, – оправдывался гренадер, – легче на месте помереть, чем на этих самых чудищ заморских глядеть: отца сеньор искалечил, дедушку из-за кюре сослали на галеры, свекра король повесил, а они, дурьи башки, сражаются, устраивают мятежи, готовы дать себя уложить ради своего сеньора, кюре и короля!

В подобных обстоятельствах бездействие - есть соучастие... в столь важном акте участвует двое: тот, кто действует, и тот, кто не препятствует действию, и что тот, кто не препятствует, худший из двух, ибо он трус!

– Вот что ужасно, что есть богатые и бедные. Это-то и вызывает катастрофы. Мне, по крайней мере, так кажется. Бедные желают быть богатыми, богатые не желают становиться бедными. Вот в этом-то и вся суть.

временное исчезнет , останется непреходящее

человек, дошедший до предела отчаяния, становится равнодушным

Нельзя судить о чувствах человека, не испытав их

Пустяня оказывает порой вредное влияние на совесть, особенности на совесть малопросвященную.

Великие страдания чрезвычайно преобразуют души.

Успех опьяняет, неудачи приводят в ясность.

...впрочем каждый заботится о себе ... слушить из одной чести.

Широкие горизонты дают широкий простор и человеческой мысли.

Не делай из любви религии. Зачем?

Отец мой проливал нередко кровь за вас, И стать любовницей с той кровью чистой, алой Нельзя мне; а ее для королевы — мало.

Спеши! Я вслед пойду. Недаром голос мести Мне шепчет на ухо: мы всюду будем вместе.

Ведь я у доньи Соль? Она, как говорят, Невеста герцога Пастранья. Он богат. Он дядя ей. Он стар. Но сердцу девы кроткой Мил кто-то без усов и даже без бородки.