Цитаты из книги Süü on tähtedel

Amsterdam is like the rings of the tree: It gets older as you get closer to the center.

I'm in love with you, and I'm not in the business of denying myself the simple pleasure of saying true things.

Standing in line is a form of oppression

You do not immortalize the lost by writing about them. Language buries, but does not resurrect.

I tried not to think about the word wounded, which of course is a way of thinking about it.

Kaitlyn never wore open-toed shoes on account of how she hated her feet because she felt her second toes were too long, as if the second toe was a window into the soul or something.

It's Arbor Day! Let's hug trees and eat cake! Columbus brought smallpox to the natives; we shall recall the occasion with a picnic!

I had been looking toward the Encouragement above the TV, a drawing of an angel with the caption Without Pain, How Could We Know Joy? (This is an old argument in the field of Thinking About Suffering, and its stupidity and lack of sophistication could be plumbed for centuries, but suffice it to say that the existence of broccoli does not in any way affect the taste of chocolate.)

Но мы безорганизованные плакальщики, так что все помнят Шекспира, но никто не помнит человека, о котором он написал Сонет 55.

• - Знаешь, Гас очень любил тебя, - сказал он. • - Я знаю. • - Он все заткнуться не мог. • - Я знаю, - сказала я. • - Прямо надоел мне. • - А мне не особенно, - сказала я.

Айзек: «Мне отвратителен мир без Августа Уотерса». Компьютер: «Я не понимаю…» Айзек: «Я тоже. Пауза».

Август Уотерс умер через восемь дней после его пре-похорон, в Мемориале, в реанимации, когда рак, который состоял из него, наконец остановил его сердце, которое тоже состояло из него.

Иногда остеосаркома забирает конечность, чтобы проверить тебя. Затем, если ты ей понравишься, она забирает всего тебя.

В Группу поддержки ходил постоянно меняющийся состав персонажей на разных стадиях опухолевого нездоровья. Почему этот состав менялся? Побочных эффект умирания.

Айзек заговорил об истинной любви. Я не могла сказать, что я думаю, потому что мне самой это казалось фальшивым, а думала я о том, что Вселенная хочет, чтобы ее заметили, и я должна замечать ее как можно лучше. Я чувствовала, что должна этой Вселенной и могу оплатить этот долг лишь своим вниманием. Я в долгу перед каждым, кто уже перестал быть человеком, и перед всеми, кто еще не стал человеком. Что мой папа мне и сказал, если разобраться.