Стивен Кинг. Профессия - horror

Почему писатель, который никогда особенно не интересовался миром за пределами Америки, завоевал такую известность у русских (а также немецких, испанских, японских и многих иных) читателей? Почему у себя на родине он легко обошел по тиражам и доходам всех именитых коллег? Почему с наступлением нового тысячелетия, когда многие предсказанные им кошмары начали сбываться, его популярность вдруг упала? Все эти вопросы имеют отношение не только к личности Кинга, но и к судьбе современной словесности и ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

161 оценка

5
16%
4
39%
3
32%
2
8%
1
4%

Ваша оценка

Прочитали 188Хотят прочитать 162

Рецензии

TibetanFox10 февраля 2017 г.
Настоящий король ужаса
Я бы эту книгу совсем наоборот назвала: "Вадим Эрлихман. Король тёмной стороны". Каждый, кто знаком со Стивеном Кингом, особенно не по бумажным книгам последних лет, а через дремучие 90-е, помнит, какие чудовищные переводы были у несчастного короля ужасов, который корону-то получил, но супротив великого, могучего, правдивого и свободного российского переводчика не устоял. На изданиях 90-х (где даже картинки были перерисованы с американских оригиналов, ха!) не проставлялись имена переводчиков, что было очень разумно. Потому что очень хотелось с ними что-нибудь сделать. После первой прочтённой книги — подарить словарь английского. После второй — подарить словарь русского. После третьей — подарить магический словарь добра и справедливости, который стоит только открыть корешок, как выпускал бы из себя орду демонов, бивших бы переводчика шипастыми дубинками и всё вокруг обоссывающих (останавливало меня, впрочем, даже не отсутствие контактов переводчика и сомнительность существования этого прекрасного демонического артефакта, а сильное сомнение в том, что переводчик вообще открыл бы подаренные книги и знает, как книги открываются).
Ладно, это всё лирика. Ближе к делу. Вадим Эрлихман — один из тёмных королей, который переводил в то время Стивена Кинга. И он честно признаётся, что все переводчики плохо знали английский, а на русском выражались коряво. Работали на износ под лозунгом "И так сойдёт", лишь бы срубить бабла вместе с издательствами. Если не знали какой-то момент, то просто перепридумывали его, как хотелось, или писали отсебятину, а то и вовсе выкидывали целые абзацы, ну а что, хозяин-барин, творческая работа. Ваяли переводы на коленках всякие сомнительные личности, из которых большинство потом так и вернулось продавать картошку на рынках. Чтобы не быть голословной, я вот как-то разбирала старый перевод "Оно" (первая часть, вторая часть), а потом новый. По ним можно прикинуть глубину печали.
Читать про это дикое бандитское появление Стивена Кинга на русском рынке очень интересно — даже не только тем, кто любит старину Стиви, но и тем, кто хочет в очередной раз вздрогнуть от радости со словами: "Слава б-гу, что лихие девяностые стали пережитком прошлого". Братки, обман, забивание на всё и вся — совсем как в книге "Русский Кинг". Хотя это в книге не самое главное, ведь она позиционируется, как пошаговая биография Кинга, но это самое примечательное.
Однако для любителей тёмного короля у меня плохие новости. Если вы захотите почитать эту книгу (а я не понимаю, почему бы не захотеть, ведь это всё уж-жасно интересно из первых уст нахальной морды услышать), то будьте готовы к страшным бесчеловечным спойлерам ко всем произведениям Стивена Кинга. Вообще ко всем. От них даже укрыться невозможно, потому что иногда Эрлихман с них начинает предложение. По такой схеме: "Как говорил убийца-дворецкий в книге "Кто же убийца?" Джона Доу..." Причём видно, что Стивена Кинга он любит, но удержаться не может и рассказывает, рассказывает, рассказывает все самые важные секреты. А читать-то интересно! Почему у ранних переводов Кинга такие шибанутые и не совпадающие ни с чем названия? Почему такие странные обложки? Хотите знать — узнаете, но в качестве бонуса я вам расскажу, кто главное чудовище, кто кого убил, где зарыты собаки и АХАХАХАХА!
Читать далее
138
1,6K
elefant25 марта 2015 г.
Имя этого писателя знакомо каждому, являясь величайшим мастером жанра ужасов, он также с немалым успехом творит в жанре психологического триллера, фантастики, мелодрамы. Выпустив за четыре десятка лет своей плодотворной деятельности 53 романа и сотни рассказов, Стивен Кинг не планирует на этом останавливаться и ежегодно на книжных полках появляются два – три его новых творения. Даже не любители чтения знакомы с кинговскими сюжетами по многочисленным их экранизациям. В тоже время книг, анализирующих секрет писательского успеха Стивена Кинга сегодня практически нет. По иронии автором наиболее популярного и точного исследования в этой области является… сам автор (кто не знает его мемуарно-аналитического произведения, вышедшего 15 лет назад – «Как писать книги»). В сущности, первым подробным исследованием биографии Стивена Кинга стала вышедшая в 2008 (на русском языке в 2011) г. книга журналистки из Нью-Йорка Лайзы Роугек «Сердце, в котором живёт страх».
В России ситуацию решил исправить в бывшем сам переводчик кинговских романов Вадим Эрлихман. Это далеко не первая его книга о Стивене Кинге. Впрочем, справедливости ради, нужно отметить – «Профессия horror» - лишь доработка предшественниц. Уже с первых страниц бросаются в глаза как её достоинства, так и недостатки. Книга анализирует каждое из произведений Кинга, впрочем, далеко не равнозначно. Достаточно подробно рассмотрен «Кэрри», ряд ранних произведений, в какой-то мере – «Оно» и «кладбище домашних животных». Указаны их стилистические особенности, сильные и слабые стороны, история создания, место в жизни самого писателя. Впрочем, дальше анализ всё больше сводится к простому описанию сюжета. От того исследование В. Эрлихмана чрезвычайно наполнено спойлерами. Не советовал бы браться за эту книгу тем, кто не прочёл добрую половину из творческого наследия Мастера и тем более – начинать своё знакомство с автором. Эрлихман 2/3 книги посвящает простому раскрытию сюжета всех его романов и сборников – это стало для меня одним из главных её недостатков. Иногда кажется, что автор просто делится с читателем своими впечатлениями от прочитанных книг, чаще – опускается к простому спойлеру.
Глава, посвящённая развитию жанра литературы ужасов («Таланты и поклонник») и вовсе, создаётся впечатление, не написана В. Эрлихманом, а взята из другого источника (вполне возможно из кинговской «Пляски смерти») – настолько вдруг непохожим становится стиль и манера письма. Эта часть вызвала у меня, как у поклонника ужасов, неподдельный интерес – поскольку на 25 страницах проанализированы все крупнейшие вехи развития жанра, знаменитые авторы и их произведения – не только литературы, но и киноиндустрии. Отдельная глава посвящена экранизациям сюжетов Стивена Кинга («С бумаги на экран»). Как и в случае книг – анализ кинокартин крайне неровный, в большинстве своём – слишком поверхностный.
Часть «Как он пишет» - своеобразный пересказ основных моментов кинговского «Как писать книги». Впрочем, нужно отдать должное Эрлихману за подробный анализ взаимоотношений Мастера с его ближайшими родственниками, чего так мало, например, в том же исследовании Лайзы Роугек. Впрочем, если сравнивать оба аналитических творения, то книга американской журналистки-расследователя несравненно глубже в деле литературоведческого анализа, описании того места, которое занимает то или иное произведение в жизни самого Стивена Кинга.
Из сильных сторон «Профессии horror», несомненно, отметил бы те её части, связанные с коллизиями русскоязычных переводов произведений Стивена Кинга. Сам побывавший в этой среде в 90-ые годы, В. Эрлихман здесь поистине попадает на свою стезю. В двух частях «Интерлюдии. Король и мы» (около 20 страниц) автор детально останавливается на достоинствах и чаще – недостатках всех русскоязычных переводов Мастера, истории их появления, судьбе книг и целых издательств. Не без гордости Эрлихман говорит о собственном вкладе в это дело, впрочем, отмечая слабость качества своих переводов, коллизии, связанные с отсутствием целых фрагментов (довольно часто в 90-ые годы выходили сильно сокращённые издания, конечно, по коммерческим соображениям).
Читать далее
46
461
helga_smirnova5 февраля 2014 г.
Для тех, кто интересуется творчеством Кинга эта биография не откроет ничего нового.
Львиную долю произведения составляют подробнейшие пересказы всех романов и даже рассказов, спойлерные до чрезвычайности. Остальное - всем известные факты, которые в других источниках преподнесены куда как интереснее.
Автор не упускает возможности пренебрежительно отозваться о своих конкурентах, например, рассказать, что Лайза Роугек не общалась ни с кем из семьи Кинга. Сам же он, видимо, ощущает сложную кармическую связь со Стивеном, ведь в лихие 90-е именно им были переведены многие романы американского мэтра ужасов. Но тот факт, что и Эрлихману ни с кем не довелось пообщаться, это не отменяет, я считаю.
Еще мне непонятны наезды автора на Кинга, дескать, не знает американский буржуй, что такое по-настоящему бояться, не жил же он в страшной России и вообще...

Вы даже не знаете, какой вы счастливый. Во-первых, вы живете в Америке, где население может хорошо оплачивать свои развлечения, одним из которых являетесь вы. Во-вторых, вам все-таки удалось заговорить ваших монстров, из которых таблетки и кокаин были самыми невинными. Хотя, возможно, когда-нибудь заклятие перестанет действовать, и вы, вернувшись в ваш уютный дом, найдете в шкафу буку с горящими желтыми глазами (we're never sleep, хе-хе). Но в ваших романах хватит рецептов на этот случай, вплоть до самого радикального — выстрелить в монстра «мощным потоком белого света» из раскрытой ладони, и он сразу превратится в стопку старых одеял. В-третьих, в наше поганое время всеобщего отчуждения вы все-таки нужны кому-то — не только жене и детям, что само по себе неплохо, но и читателям. Уже третье поколение зачитывает до дыр ваши книги, по недомыслию занесенные в разряд «ужастиков». Спешу вас разочаровать — по сравнению с рядовыми вечерними новостями ваши ужасы кажутся пионерскими историями у костра.
Итог: лучше уж самого Кинга почитать...
Читать далее
14
236

Все рецензии

Цитаты

robot29 декабря 2019 г.
Частица души Стивена Кинга оставалась со мной много лет, не покидает и сейчас - потому и появилась эта книга.
1
102
robot29 декабря 2019 г.

... Кинг остаётся Королем, который не умирает, пока жив его последний неравнодушный читатель.
1
61
white_svirelle2 июня 2018 г.
Сила Кинга заключается в том, что он четко понимал свою общественную функцию и старается (во всяком случае, старался до начала девяностых) не выходить за ее пределы. «Читая ужастики, — доверительно сообщает он публике, — вы всерьез не верите в написанное. Не верите ни в вампиров, ни в оборотней, ни в грузовики, которые вдруг заводятся сами по себе. Настоящие ужасы, в которые мы верим, — из разряда того, о чем писали Достоевский, Олби и Макдональд. Это ненависть, отчуждение, старение без любви, вступление в непонятный и враждебный мир неуверенной походкой юноши. И мы в своей повседневной реальности часто напоминаем трагедийно-комедийную маску — усмехающуюся снаружи и скорбно опустившую уголки губ внутри. Где-то, безусловно, существует некий центральный пункт переключения, некий трансформатор с проводками, позволяющий соединить эти две маски. И находится он в том самом месте, в том уголке души, куда так хорошо ложатся истории ужасов».
В сочинениях Кинга критики находят все пласты ужаса, последовательно освоенные человечеством. Первый — бессознательный первобытный страх, относящийся ко всему, что находится за пределами круга света от горящего костра. Второй — ритуальный страх перед духами, мстящими за нарушение принятых правил (на нем основано большинство суеверий и примет). Третий — мифологический страх перед силами Зла, к которым относятся и христианский дьявол, и чуждые нашему пониманию инопланетяне. Четвертый — социальный страх перед карающей властью или, напротив, бунтарской стихией толпы. Пятый — страх перед выходящей из-под контроля цивилизацией с ее техническими, атомными и генетическими игрушками. Вспомните прочитанные вами книги СК — и вы без труда найдете в каждой один, а то и несколько этих пластов.
Ужас № 1 появляется чаще всего и пронизывает всю ткань повествования, безотказно действуя на читателя. Как ни странно, этот древнейший ужас проник в литературу только в ХХ веке — во многом благодаря старику Фрейду. До этого его можно было распознать только в записях сказок примитивных племен. Сказки и предания других народов (в том числе русские) имели дело с ужасом № 2 — «не пей, козленочком станешь», «не открывай эту дверь, за ней Баба Яга». Со времен античности в словесности возобладал ужас № 3, породивший полчища чертей, ведьм и вурдалаков, а в отраженном виде — властелина колец Саурона с бригадой Черных Всадников. «Век просвещения» погасил веру в метафизическое Зло, но не освободил людей от страха — теперь они боялись гильотины, танков, концлагерей и прочих милых примет народившегося супергосударства. Почти одновременно родился ужас перед наукой, пришедший в литературу с «Франкенштейном» Мэри Шелли. В новом сознании «безумный изобретатель» заменил дьявола, насылающего на людей всевозможные беды. В эпоху романтизма ожили и мифологические страхи прошлого, хотя теперь их пытались порой объяснить рационально.
Читать далее
1
227