Цитаты из книги Дуэль

Материальная сторона жизни неутешительна.

Обвинять человека в том, что он полюбил или разлюбил, это глупо.

Вообще, надо сказать, я был мастером комбинировать свои высокие мысли с самой низменной прозой. Мысли о загробных потемках не мешали мне отдавать должную дань бюстам и ножкам.

В своих суждениях о людях он клал густые краски, только белую и черную, не признавая никаких оттенков;

Он не знал, не имел понятия о боли, значит, он не виноват, но совесть, такая же несговорчивая и грубая, как Никита, заставила его похолодеть от затылка до пят.

Какое он имеет право не пускать? Как они смеют держать нас здесь? В законе, кажется, ясно сказано, что никто не может быть лишен свободы без суда! Это насилие! Произвол!

— Дай копеечку! 

Не льстить пороку.

Увлекшись злым чувством, я часто говорю просто глупости и не знаю, зачем говорю их.

... и оба не замечают, в какую глубокую пропасть мало-помалу втягивает их такое, по-видимому, невинное развлечение, как осуждение ближних. Они не чувствуют, как простой разговор постепенно переходит в глумление и в издевательство и как оба они начинают пускать в ход даже клеветнические приемы.

Всякое обвинение, даже если оно высказывается в дамском обществе, должно быть формулировано с возможною определенностью, иначе оно не обвинение, а пустое злословие, недостойное порядочных людей.

Каждой минутой одиночества и каждым удобным случаем вы пользуетесь для того, чтобы посладострастничать мыслями о бесцельной жизни и загробных потемках.

Судя по умным, покойным глазам, смотрящим ясно и весело, он себе на уме и имеет какую-то очень важную и приятную тайну.

и по лицу его было видно что он не читает ,а глотает едва успев разжевать

- Но если я выйду отсюда, что кому сделается от этого?

Вы любите жизнь, а я её ненавижу, стало быть, дороги у нас разные.

но ведь на то мы и люди, чтобы побеждать в себе зверя

Как нарочно, в нашем дворе раздается вдруг собачий вой, сначала тихий и нерешительный, потом громкий, в два голоса. Я никогда не придавал значения таким приметам, как вой собак или крик сов, но теперь сердце мое мучительно сжимается, и я спешу объяснить себе этот вой. "Пустяки... - думаю я. - Влияние одного организма на другой. Мое сильное нервное напряжение передалось жене, Лизе, собаке, вот и все... Этой передачей объясняются предчувствия, предвидения..."

«И ей вдруг захотелось влюбить, обобрать, бросить, потом посмотреть, что из этого выйдет.»