Finders Keepers

Хороший романист не ведёт своих персонажей, он следует за ними. Хороший романист не создаёт события, он наблюдает за тем, как они происходят, а потом записывает то что видит

Для читателей одно из самых впечатляющих открытий в жизни — сам факт, что они читатели. Что не просто могут читать (Моррис это уже знал), но влюблены в чтение. Безнадежно. По уши. И первая книга, на которой это происходит, не забывается никогда, каждая страница приносит новое откровение, что ярко горит и восклицает: Да! Именно так! Да! Я тоже это видел! И разумеется: Так я и думаю! Я ЧУВСТВУЮ то же самое!.

Это всего лишь мое мнение, видите ли, а мнение, как и очко, есть у каждого.

Хороший романист не ведет своих персонажей, он следует за ними. Хороший романист не создает события, он наблюдает за тем, как они происходят, а потом записывает то, что видит. Хороший романист осознает, что он — секретарь, а не Господь.

Коллекционеры — безумцы, худшим из них плевать, есть в их коллекции краденое или нет, прежде всего потому, что свои сокровища они никому не собираются показывать.

Дерьмо ни хрена не значит.

Время безжалостно отделяет глупое от не глупого. Это естественный, дарвиновский процесс. Именно поэтому романы Грэма Грина продаются в любом хорошем книжном магазине, а романы Сомерсета Моэма — нет.

Деньги, свалившиеся с неба, почти всегда означают проблемы

Он не знал, знаком ли мистер Желтый с едва ли не главным принципом человеческого поведения: если кто-то говорит, что собирается быть абсолютно честным, в большинстве случаев он станет врать быстрее, чем мчащаяся галопом лошадь.

Не хватай то, что не сможешь удержать.

Вся эта история — эпический исход из исключительности. Цель американской культуры, Моррис, — создание нормы. Это означает, что людей исключительных необходимо загнать в определенные рамки, и именно это происходит с Джимми. В итоге он работает в рекламном агентстве, а кто, скажи на милость, является самым большим пропагандистом нормы в этой гребаной стране, как не реклама?

— Политики. — Энди — худощавый, с короткой стрижкой, лишь на несколько лет старше Морриса — поморщился, словно унюхал что-то мерзкое. — Они меняются в силу обстоятельств — не идеализма. Обычные люди такого не делают.

Мать и отец советовали ему не питать напрасных надежд, но Пит с ними не соглашался. Он чувствовал, что если не питать надежд и не лелеять честолюбивых замыслов подростком, во взрослой жизни скорее всего останешься никем.

— Мне не нужно убивать всех — только моих врагов.

Мы проведем вместе не так много времени, наш курс занимает только тридцать четыре недели, и я не собираюсь тратить их на споры о достоинствах какого-либо рассказа или стихотворения. Зачем мне это, если все мнения субъективны, и к однозначному ответу прийти невозможно?

Мимо кассы, дорогуша, как сказал бы Джимми Голд.

Он верит, что записные книжки, как и кровь Авеля, кричали из земли. Пусть его считают неисправимым романтиком. Иногда дерьмо кое-что да значит.

... полюбил язвительную, смешную, задевающую за живое прозу Джона Ротстайна.

Правда о деньгах выплыла наружу, но, возможно, ему удастся сказать, что он нашел только деньги, и утаить попытку продать личные вещи убитого человека с тем, чтобы его сестра смогла учиться в частной школе, где ей не пришлось бы принимать душ с другими девочками. И не пришлось бы дружить с тупицей Эллен.

Юноша, несомненно, умен, но иногда даже умные говорят слишком много. Если им не мешать.