Русский гений

Николай Николаевич Скатов. Директор Пушкинского дома. Я так и представляла его себе - вот сидит он в старинном кабинете по адресу Мойка, 12, и пишет о Пушкине.
Существуют две книги Н. Скатова "Русский гений". Одна из них довольно объемная, обычного формата и в твердой обложке, другая брошюра библиотеки "Огонек", то есть предназначенная для широкого круга читающей публики и выпущенная огромным тиражом. Для всех. Так ведь и Пушкин - для всех.
Странно после стольких лет вновь начинать читать о Пушкине. Как можно объяснить, что Пушкин наше все? Это ведь все равно, что воздух - наше все или солнце - наше все. Пушкин - он есть, и слова "У Лукоморья дуб зеленый..." так же вписаны в нашу картину мира, как "Московское время... в Петропавловске Камчатском полночь". Это наше на уровне ДНК.

Стиль Скатова я бы назвала петербургским. Тих, скромен, интеллигентен, ни в коем случае не резок и не категоричен. В результате полная иллюзия моих открытий Пушкина, моих размышлений, моих выводов. Понемногу сказано обо всех значащих программных произведениях поэта. Но это "понемногу" тоже специфическое. Поймала себя на мысли, что если бы мне завтра надо было сдавать экзамены, у меня была бы исчерпывающая характеристика по каждому пункту "пушкинских" вопросов. Даже если я вспомню одну фразу - она будет демонстрировать мои глубокие познания и полное погружение в тему. Полезное свойство литературоведческой книги, правда?

Произведения анализируются по периодам: детство, юность, молодость, зрелость, мудрость.
Расскажу о том, что наиболее впечатлило:

Первое: "Моцарт и Сальери" первоначально называлась "Зависть". Оказывается, эта маленькая трагедия о взаимоотношениях гения и таланта. Да, Сальери вовсе не бездарность, он талант, он умен и трудолюбив, он достиг славы, признания, успеха, но... "Ты, Моцарт, Бог, и сам того не знаешь...". Никогда раньше не задумывалась: каково приходилось поэтам пушкинской поры? Тогда ведь было много талантов... и один бесспорный гений.

И второе: Главка "Мудрость". Скатов пишет о идеальном свободном человеке в понимании Пушкина, вот цитата целиком:

Самые простые и в то же время самые важные начала человечности Пушкин выразил полно и глубоко в последних по сути в его жизни стихах так называемого каменноостровского цикла, в своеобразной стиховой библии: «Отцы пустынники и жены непорочны», «Подражание итальянскому», «Мирская власть», «Из Пиндемонти».
Владыко дней моих! дух праздности унылой,
Любоначалия, змеи сокрытой сей,
И празднословия не дай душе моей.
Но дай мне зреть мои, о боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья,
И дух смирения, терпения, любви
И целомудрия мне в сердце оживи.

Так представал в стихах Пушкина подлинно свободный человек, оказывавшийся в этом качестве конечной целью бытия. Так совершалось возвращение человека к самому себе. Мудрость Пушкина получала свое высшее выражение и завершение этих стихах.

Потрясающие слова человека находящегося на должности директора Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН. Советского директора! Потому что стихи эти... это молитва Ефрема Сирина, читаемая на каждой Литургии в продолжении Великого Поста: Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми. Дух же целомудрия, смиреномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему. Ей, Господи Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь.
В 1984(!) году Скатов называет это пушкинским идеалом человека, подлинно свободным, конечной целью бытия.
Все больше убеждаюсь, что литературоведческая и искусствоведческая литература была в доперестроечную пору неким островком свободомыслия.

P.S. Кое-что из анализа произведений внесла в цитаты, но не все! Рекомендую прочитать, книга в "огонёчном" издании небольшая.
Прочитано в рамках флэш-моба "Урок литературоведения"