Шаг за шагом

Россия, маленький провинциальный городок, конец 19-го века. В стране начинает зарождаться что-то тёмное и непонятное. Александр Светлов, главный герой романа, возвращается после учёбы из Питера, и его поведение заставляет о многом задуматься его родителей, брата, сестру и друзей. У Светлова стали отличные от общепринятых ценности, идеалы, рассуждения.
Автор романа не дожил до революции, но успел описать её зарождение. Наверняка, он симпатизировал своему вымышленному Светлову. Как главный герой романа, Светлов весь такой идеальный - идеальный, думает только о людях, а не о себе, добрый-добрый. А мне, читателю, стало скучно. Сначала я поняла, что не смогу полюбить главного героя, потом он просто перестал мне нравиться, потом... да тут и зацепиться-то не за что! Просто идеально высеченная статуя, которая делает идеальные поступки чуть ли не с детства, разговаривает, убеждая окружающих в своей правоте ( не всех, правда ), честно говорит женщине, что он её разлюбил... Автор романа, где ты видел таких мужчин? В какой жизни?
Смысл названия книги в том, что шаг за шагом, постепенно мы идём к светлому будущему с такими героями, как Светлов. Книга дочитана, но с трудом.

Такие книги, как роман Омулевского «Шаг за шагом», бессмысленно читать без глубоких знаний общественной жизни России 1860-х гг. Вне этого исторического контекста книга воспринимается современным читателем как обычная беллетристика с нотками романтизма, где идеальный герой по фамилии Светлов борется против окружающей несправедливости ради общественного блага.

В современном мире романы потеряли свое политическое значение, их читают, обсуждают, но они больше не являются учебниками жизни для значительного числа людей. В 19 веке все было иначе. Омулевский создал не книгу, которая должна была развлечь читателя, его роман — это литературный снаряд в политический и социальный строй Российский империи. Кто-то может назвать этот подход слишком утилитарным, подвергнув его критике. Но мне всегда крайне странно слышать о литературе, которая поднимает «вечные вопросы». Подобные «вечные вопросы» состоят из множества конкретных деталей, обуславливающихся определенным общественным укладом и нравами. Нет, я не хочу свести литературу 1860-х гг. к чисто локально русскому явлению. Дело в другом. Романы Чернышевского и Омулевского — это зов ненависти и борьбы, оружие политической борьбы, которое брали в свои руки поколения революционной молодежи. Как сказала Вера Засулич в ответ на критику Валентинова в адрес «Что делать?»: «Как вы не понимаете, что по этой книге люди строили жизнь?».

Безусловно, 150 лет спустя уже очевидна схематичность образов главных героев, их некоторая надуманность. Сегодня литературоведы склонны к тому, чтобы под микроскопом искать недостатки в этих произведениях. Они имеют на это полное право, но разве в красном знамени, которое взметнулось у Казанского собора в 1876 г., кто-то сильно разбирал плохое качество ткани и краски? Нет, знамя со словами «Земля и воля», как и роман Омулевского, был пламенным призывом к борьбе и сопротивлению. Молодежь после таких книг уходила в деревню создавать школы и больницы, а в дальнейшем — поднимать крестьян на восстание. Есть ли сегодня литература, которая преследует подобные цели?