Лето Господне

Иван Шмелёв – pyccкий писатель, npaвocлaвный мыслитель, автор этой автобиографической истории, в которой он даже имён не изменил.

Книга написана была в 1933-1948 гг, в эмиграции автора. В ней он описал весь колорит и быт старой, «патриархальной» Poccии u Mocквы.

Книга поделена на три большие главы:
•Праздники,
•Радости
•и Скорби.


Все события мы видим глазами 7-летнего мальчика - самого Ивана Шмелёва.

Автор любовно описал удивительный образ Mocквы того времени с ее изобильными рынками, хлебосольными жителями, постами, именинами, церковными праздниками.

Каких только кушаний и напитков не было на столе и все домашнего приготовления.

Не читать на голодный желудок! ))

Иногда за столы хозяева садились вместе со своими работниками, и в этом чувствовалось уважение и любовь к ближнему.

Воспитателем Ване определили набожного старика, бывшего плотника Михаила Горкина, под влиянием которого у Шмелёва и возник интерес к peлигии. Вообще в детстве немалую часть окружения Шмелёва составляли мастеровые, среда которых также повлияла на его формирование.

Вместе с ними маленький Ваня постигал npaвocлавную веру, изучал мoлиmвы, обряды, учился добру и любви к ближним.

Но события 1917 г. и последовавшая за ним личная трагедия привели писателя к кардинальным переменам в его мировоззрении.

В 1922 году Шмелёв покинул Coвemcкую Poccию и отправился в Париж, прожив в этом городе до конца жизни и страдая ностальгией «по дореволюционному прошлому».

В 1931 и 1932 гг. был даже номинирован на Нобелевскую премию по литературе Томасом Манном.

Для себя я решила так - не мне судить о мировоззрении писателя, я не жила в те времена, не прошла его путь. Но... Всё, что им было сказано противного pyccкой душе, кануло в Лету и быльём поросло. А книга... замечательная книга осталась на века.

Как и все книги автора, наполнена необычайным светом. Книга о детстве, о чистых и самых запоминающихся моментов жизни мальчика, но в то же время передающих читателю описание той Москвы, той жизни, мирной, простой, со своими радостями и своими горестями. Хочется чтобы эту книгу обязательно добавили в школьную программу. Это история не просто ребенка, а историческое описание жизни людей того периода, но переданное через простые описания. Но самое главное в книгах Шмелева - это то, что он легко передает чувства и эмоции и благодаря этому читатель видит окружающую действительность не только глазами героев, но и их душой.

Детство семилетнего мальчика проходит среди взрослых – родни, прислуги, челяди, меж которыми отношения понятные, выстроенные по иерархии – “А хорошо, стро-го стало… блюдет наш Митрич. … И очень всем ндравится порядок”. И все нежны, умилённы к хозяйскому сыну, как к распускающемуся бутону. Счастливое детство с любящим, обожающим отцом.
Уклад жизни, когда обустройство быта, труд на строительстве государственных объектов и в своём хозяйстве, на подворье, в церкви – как радостная песн. Если есть вопрос: зачем Вера, ритуалы и традиции – в книге есть ответ. Как обустроить жизнь, сотворить праздник, чтоб все, кто окружает тебя и детей твоих, были счастливы, сыты, в радости и с ясностью, зачем жить – да вот как: своими руками, регулярным трудом, вниманием к каждому, работающему рядом с тобо, на тебя, на себя, на общее благоустройство. “Они долго пьют чай из чайников, говорят о делах, о деньгах, о садах, о вишнях и малине, а я все хожу у стекол и смотрю на Москву внизу”.
Мальчик сверяет Слова Божии со своими ощущениями.
Почему “лето”, ведь сказ про весь год с нахлёстом? Лето весь год своими дарами кормит – и в холод, и в мороз. А любовь к ребёнку в детстве всю дальнейшую жизнь теплом питает, благословением, силой и верой – в Господа, жизнь, доброту.
Летняя четверть календаря весь год окрасила. В объёме книги та же пропорция, только наоборот: “Скорби” – четверть романа, а три четверти – “праздники”, “радости”, дела бытовые и ритуалы церковные утраивают радости. В тяжкие дни неотложные хлопоты идут своим чередом, только с другими уж чувствами. И заведённый уклад – подпорки, помочи.
О ценностях: “... очень отец был рад, — главный какой-то комитет поручил ему парадные «места» ставить на Страстной площади, где памятник Пушкина будут открывать. И в «Ведомостях» напечатали, что будет большое торжество на Троицу, 8 числа июня, будут открывать Пушкина, памятник там поставлен. Все мы очень обрадовались — такая честь! Отец комитету написал, что для такого великого дела барыша не возьмет, а еще и своих приложит, — такая честь!”
Книгой потрясена. Говорят часто: до мурашек, здесь – до поджилок.

Лето Господне

... Роман входит в автобиографическую трилогию: «Богомолье» (1931—1948), «Лето Господне» (1933—1948) и сборник «Родное» (1931) и занимает в ней центральное место. Создание книги заняло у писателя около 14 лет. «В ней, — говорил Шмелёв, — я показываю лицо Святой Руси, которую я ношу в своём сердце… Россию, которая заглянула в мою детскую душу»...
Ист. Википедия

Роман очень интересен и самобытен. Он о русской вере, о традициях и о быте. И всё это нам рассказывает мальчик, через свои ощущения и восприятия.
Каждая глава рассказывает нам о церковном празднике. И я считаю, идеально читать эту книгу в матре, перед пасхой, когда идет пост. Потому что
1. с этого начинается книга, с великого поста
2. эти праздники, великий пост, пасха - наиболее понятны и близки нам
3. эта книга глубоко духовный роман

А вообще очень интересны именно описательные моменты природы, еды и традиций. Это мое самое любимое в книге.
Например, интересно было читать про забытую традицию выпускать птиц на Благовещение... И сразу мне вспомнились уроки литературы в 5 классе:

Птичка
В чужбине свято наблюдаю
Родной обычай старины:
На волю птичку выпускаю
При светлом празднике весны.
Я стал доступен утешенью;
За что на бога мне роптать,
Когда хоть одному творенью
Я мог свободу даровать!
А. С. Пушкин

Еще меня удивило, что раньше запасали лёд на весну и лето (казалось бы это естественно и очевидно, но так было про это удивительно читать), что на троицын день рубили молодые берёзки,  украшали ими церковь, три спаса есть каждый со своими традициями: медовый спас, потом яблочный, потом ореховый спас, а на кануне дня Иван-Постного солят огурчики (процесс весёлый, везде хруст и дух огурца), на Воздвиженье - капустку рубят (не менее весело) , квасят на зиму, а под Покров антнонвку мочат.

А уж эти описания кушаний хоть в пост, хоть в праздник - слюни потекут, от всего разнообразия стола и русской придумки блюд.

А описания природы - есть в них что-то детское, знакомое и приятное: что капель, что большая лужа во дворе, что зайчики на полу.

Этот роман - это множество житейских простых вещей, которыми жили раньше люди, что-то одновременно очень близкое и очень далёкое, что-то родное, но давно забытое..

Мне стыдно!

Стыдно, что я хотела бросить читать эту книгу.

Этот роман автобиографичен. Здесь описываются воспоминания самого автора о своем детстве, о жизни в православной семье. В такой семье, где с трепетом ждут каждый праздник, заблаговременно готовятся к нему, неукоснительно соблюдают все традиции православия. Очень атмосферно показано, как готовились к постам, как постились и говели. С душевной теплотой автор рассказывает о детстве, родном доме, любви к людям и всему живому.

Шмелев так говорил о своем романе:"Я показываю лицо Святой Руси, которую я ношу в своем сердце".

Трудно передать словами, но есть такие книги, которые тебя наполняют светом и душевным теплом. Читая "Лето Господне", будто касаешься чего-то божественного, становишься чище, мудрее, познаешь простые истины.

Особенно атмосферно читать эту книгу, мне кажется, будет в Рождественский или Великий пост.

Обязательно к чтению и перепрочтению!

Москва, я думал о тебе!
Москва...как много в этом звуке
Для сердца русского слилось!
Как много в нем отозвалось!
Этими словами хочется выразить большую благодарность автору. Как Шмелев любит свой город, как он любит свою родину, как он любит Россию. Действительно, только глазами ребёнка можно увидеть все удивительные черты Замоскворечья: улочки, рынки, простой народ. Интересно было и мне, как читателю, наблюдать за тем, как люди оберегают и украшают свой город. Слава Богу за то, что он изо дня в день, из года в год помогал и помогает всем сделать жизнь свою и окружающих лучше и светлее. Но, случается и такое, как говорится "Воля Божия!", когда нужно принять печальное известие и не унывать. Хотел ли Шмелев показать, что смерть отца равна смерти царя, смерти главы государства, как большой семьи. Увы, я не знаю, но этим скорбным событием завершились два лета Господня, однако не завершилась жизнь...

Много написано про эту книгу. Написано и про "бытовое православие" и что детские воспоминания - самые яркие (в силу физиологии возраста) и т.д. и т.п.
Есть версия, что автор писал эту книгу для молодых людей, погруженных в чуждую русскому человеку культурную среду с последующей деградацией (в случае 2го поколения и вовсе не знакомым с русской культурой как таковой) "кодов русской культуры". Это про перекос православного и мирского в ущерб "прочих деталей реальности", как поэтического приема и "торгов" по С.Гринблат.
Об этом же говорит и эпиграф (тут буквально, Священная земля для русского человека) и посвещение.
Каков механизм производства Священного для человека, что запечатлено в сознании человека, как "Священное?
"Лето господне" - это метафора на "церковный календарь", связанный с мирской/бытовой жизнью. В этой жизни есть Радость (замечу, что в православной терминологии СЧАСТЬЕ отсутствует), Праздники и Скорби.
Связь мира идей и вещей, опредмечивание и освещение.
Проходя через годовой календарный цикл, мы наблюдаем наполнение ребенка (народным православием), этой массой персонажей с их верованиями, антологиями, предрассудками, Правилами которым следуют эти персонажи; эта вся масса создает ощущение НАПОЛНЕНИЯ "Радости-Праздников-Скорби", что вызывает ощущение ПОДЛИННОСТИ и наполненности праздника некоторой сакральной антологией (не могу подобрать более подходящего слова). Это порождает необходимость следовать некоторым Правилам и формирует внутренний мир человека. Это становление человека.
Если говорить в терминах Опредмечивание-Освещение (освещение. как осветить храм или оружие), то Опредмечивание идеи (перевод идеи из мира идей в материальный мир) делается через некоторый обряд/праздник/событие (поговорка: мы есть то, что мы празднуем вместе). Физическое пространство маркируется через когнитивное (методологический термин - мир идей/сознание человека/внутренний мир человека), создавая ″географию мира″ у себя в голове: есть наша Земля, на которой наш Закон (а почему?) потому что на ней стоят (на Земле) наши Святыни - это те самые ″узлы″, создающие сетку/поле действия нашего Закона. Опредмечивание картины мира. Также, это работает и в обратную сторону, когда нет Земли, Святынь - исчезает Закон вместе с ″ полем/сеткой″, создающих пространство духовного бытия человека.
Таким образом, человек формируется внутренне, также маркируется внешнее пространство и время (календарь) сознанием человека, создавая ту самую культурную среду вокруг человека.
Автор открывает для нас, что сам человек является источником смыслов и культурной среды (при наличии это внутренней Антологии). Это преобретается "потом и кровью" и не дается просто по праву рождения. Это (описанный ранее на примере "В списках не значился") механизм обретения Родины, опоры, Настоящего, своего становления и Права действовать.

В который раз читаю книгу и ловлю себя на мысли: в наше время это актуальная тема, когда все вокруг - не настоящее и ускользает от человека, а на первый план выходят фикции и симулякры, порождая противоречие между нематериальной (но актуальной) литературой и материальной (но наполненной фикциями-симулякрами) окружающей средой...

народное православие (как методологический термин) - этой масса персонажей с их верованиями, антологиями, предрассудками, Правилами которым следуют эти персонажи; эта вся масса создает ощущение НАПОЛНЕНИЯ "Радости-Праздников-Скорби", что вызывает ощущение ПОДЛИННОСТИ и наполненности праздника. Ощути разницу между несколькими типами поздравлений:
"С праздником";
"С Рождеством";
"С Рождеством Христовым";
"С Рождеством Христовым"+ колядки+ праздничный стол со всем прилагающимся

• это разная глубина погружения и создания атмосферы/эмоционального накала и единения совместного переживания - ВАЙБА. Это "вкуснотень" традиционного общества для представителя атомизированного общества.