Цитаты из книги Бульон терзаний

Заведующая прервала Владимира и сняла трубку. – Слушаю тебя. Да. Ты позавтракал? А если по думать? Опять вывалил кашу в миску Франц-Фердинанду? А ты хочешь летом отправиться в морское путешествие? Хочешь? А если тебя ветром сдует с палубы? Тогда ешь! С собакой погулял? Выключи телевизор и пропылесось палас в гостиной. И перед Василисой извинись. Она не обязана интересоваться политикой. Я все сказала. Целую. – Еще один внук, да? – заискивающе улыбнулся Владимир. – Муж, – коротко ответила Евлампия Феликсовна и кивнула на портрет строгого мужчины. – Пока я была в отпуске, отбился от рук. Требует, чтобы медсестра, которая делает ему уколы, разговаривала с ним о международной обстановке.

— Вы, товарищ режиссер, не знаете наших реалий, — вмешался директор. — Мы ведь не для собственного удовольствия это затеваем. Нам что надо? Нам надо показать клиентам, какие мы креативные. Это сейчас очень ценится. Вот «Мебельный Рай в Зюзино» подарил всем на прошлый Новый год «Стул-антистресс». Маленький такой стулик, с пол-литру всего ростом. Совсем как настоящий, с набором булавок. Вот предстоит у тебя встреча с проблемным клиентом, а ты не должен подавать виду, что он проблемный. Берешь, втыкаешь в стульчик булавки, и стразу такое спокойствие наступает. Смотрите, — директор держал на ладони небольшой изящный стульчик, утыканный булавками, — я как раз перед встречей с вами сегодня… Нет, не берите на свой счет. Тут у нас свои есть…

— Раз уж зашла об этом речь, — взял слово Сапелкин-муж, — то мне тоже кое-что не нравится. Вот смотрите, действие третье, явление пятое. Жена моя говорит: «Мой муж — прелестный муж». И тут же очень скоро Молчалин: «Ваш шпиц — прелестный шпиц». Это двенадцатое явление. Так нельзя ли обо мне как-то… Другими словами? Не как о собаке? — Да ведь так и задумано! — воскликнул Владимир. — У Натальи Дмитриевны муж — навроде шпица. Поглядите, как она им помыкает. — Не хочу быть вроде шпица! Давайте заменим фразу! Например — «Мой муж — красивый муж.» Чем плохо? Жена красивей прежнего, и муж у нее красивый. — Давайте я скажу «Мой муж — любимый муж», и он будет доволен? — предложила Сапелкина. — Ваш муж — капризный муж! — рассердился Владимир. — Говорите ему о любви дома, на работе, на прогулке в парке. Где угодно. А на сцене он будет прелестный — и точка!

Владимир с детства представлял мир так: серые небоскребы на фоне серого неба, с которого непрерывно капает дождь — это капиталистические страны. Рисовые поля, чайные плантации, а среди них — маленькие уютные хижины — это развивающиеся страны, освободившиеся от ига капитала. Москва, вся, какая она ни есть — центр мира. А дальше, куда ни глянь — деревянные одноэтажные домики, утопающие в садах, как в дачном поселке, и вся страна — такой огромный дачный поселок, а еще есть Сибирь и Урал, где природа сурова, поселков мало, и где отважные геологоразведчики ищут полезные ископаемые.