На золотых дождях

Машина любви радостно сияла на солнце. Она была подобна оркестру перед началом торжественного концерта. Блестели литавры, солидно облокотился контрабас, нервно меняли позы скрипки. Валторны оглядывали зал и искали знакомых. Незаметно кивали виолончели. Вдруг проплыло чье-то жабо, это был дирижер.
И-начали.

Люди любят громоздиться друг на друге, они озабочены электричеством и не понимают, почему умирают от рака. А Распевай знал, что на самом-то деле они умирают не от рака, а от других людей, потому что в их мыслях слишком много мыслей других людей, и ещё больше- электричества

В золотой земле на золотых дождях серебряные семена

Бак загудел и раскрылся. Внутри оказался маленький добывающий спирт завод, тихое свечение благодати исходило от его почти бесшумно работающего иконостаса. Сбоку к заводу была приделана небольшая табачная фабрика. Из ее входного отверстия поднимался курчавый дымок, а их выходного время от времени вываливались маленькие сигаретки.

Некоторые намеренно подрезают себе глаза, уплощают и расширяют лица, вдавливают носы, укорачивают суставы, кто-то даже вставляет себе в позвоночник бамбуковые перепонки, так, чтобы Китай буквально лез из-под ногтей, сверкал и сиял в зубных коронках. Но Фёдор был, разумеется, не таков.