Огонь. Ясность

Нам не дают безрассудно погубить себя отдыхом. Надо сейчас же приниматься за работу.

В трагедии событий бывают минуты, когда люди не только искренни, но и глубоко правдивы; когда им открывается истина.

Давно пора есть, все требуют обед. Впрочем, он уже здесь: это остатки вчерашнего.

ночью ружейные выстрелы заразительны.

— Послушай, — растроганно говорит он, глядя себе под ноги, — ты подарил мне коробку спичек. Так вот, я тебя отблагодарю. Держи!
Он кладет мне что-то в руку.
— Осторожней! — шепчет он. — Может разбиться.
Ослепленный белизной, великолепием его подарка, я смотрю и не верю своим глазам… Яйцо!

— Правда, нас завтра погонят в окопы, — говорит Паради, — а вечером на передовые линии. Но никто об этом даже не думает. Это известно, вот и все.

Ранец — это сундук и даже шкаф. И старый солдат чудесно умеет его набивать, искусно укладывая вещи и хозяйственные запасы.

Хуже всего приходится в этой войне пехотинцу.

— Жалуйся или нет, все одно ничего не выйдет. Они сговорились выжать все соки из солдата.

 Может быть, это последняя война

— Народы — это ничто, а они должны быть всем, — проговорил в этот момент человек, вопрошающе глядевший на меня; он повторил неведомую для него историческую фразу, которой уже больше века, но придал ей наконец ее великий всемирный смысл.

Война — это народы.

Видишь ли, слишком много богатых и важных людей; они кричали: "Спасем Францию и раньше всего спасемся сами!" Как только объявили войну, многие бросились укрываться. Самым ловким это удалось. Я в нашем углу заметил, что окопались главным образом те, кто больше всего вопил о любви к родине... Во всяком случае, ребята сейчас правильно сказали: если уж упрятался, то последняя подлость - уверять, что рисковал шкурой.

Прекратить войны! Да разве это мыслимо? Прекратить войны! Язва мира неисцелима!

Везде кишат полчища. По полям, волна за волной, они несутся в атаку и застывают; дома выпотрошены, как люди, и города - как дом; деревни предстают раздробленной белизной, словно упав с неба на землю; страшные груды мертвецов и раненых меняют вид равнин

Еще не родился такой человек, который бы позаботился о другом

Существует различие между людьми, более глубокое, более резкое, чем различие между нациями, - явная, глубокая, поистине непроходимая пропасть между людьми одного и того же народа, между теми, кто трудится и страдает, и теми, кто на них наживается; между теми, кого заставили пожертвовать всем, до конца отдать свою силу, свою мученическую жизнь, и теми, кто их топчется, шагает по их трупам, улыбается и преуспевает.
"Огонь"

Это правда: кем бы ты ни был, всегда найдутся люди порядщочнее и подлей тебя.

Но равенство всегда остается самим собой. Свобода и братство - только слова, а равенство - это нечто существенное. Равенство - это великая формула людей.

Материал войны - это мы. Война состоит только из плоти и душ простых солдат.