I Was Here

Кажется, он пытался сказать о том, как невинные мысли могут привести к серьёзные идеям, меняющим жизнь.

Нас не спрашивают, хотели ли мы родиться, и практически не спрашивают, хотим ли мы умереть. Самоубийство - единственное исключение. Это пусть смелых. Самоубийство можно считать священным обрядом посвящения.

Всё, что убивает надежду - грешно.

Нас не спрашивают, хотели ли мы родиться, и практически не спрашивают, хотим ли мы умереть. Самоубийство - единственное исключение. Это путь смелых. Самоубийство можно считать священным обрядом просвещения.

Эпиктет писал: «Бояться надо не боли и смерти, а страха боли и смерти».

Прощение-это чудодейственное средство

Иногда боль бывает переносима, пока не коснешься, пока не ткнут в свежий синяк.

– Коди, я в тебя влюбился. Я понимаю, что все сложно, блин, и адски запутано. Смерть Мэг – это трагедия, совершенно ужасная потеря, но я не хочу терять тебя из-за того, что мы встретились при таких идиотских обстоятельствах.
Теперь плачу я.
– Сраный Бэн МакКаллистер. Я ни из-за кого еще столько не ревела, сколько из-за тебя, – говорю я. Но делаю шаг к нему.

Они не понимают. Он проникает в мысли, играя в свои игры, бьет в больные места. Он и меня бы мог довести.
Но потом я смотрю вокруг. Я сижу за столом, за которым я столько раз за эти годы ела. А Мэг не стало. Последние несколько месяцев были настоящим адом. Но Сью права. Я все еще здесь.

Я хочу быть с тобой. Хочу снова лечь в кровать и чтобы он меня держал. Но я знаю, что так не бывает. Когда переспишь с барменом, бесплатной выпивке конец. Этому меня Триша научила. И Мэг. И сам Бэн. Ведь он сам рассказал мне, каков он.

– Хочешь, я первая поведу? – предлагаю я. – Или ты девчонкам не позволяешь?
– Я обычно никому не позволяю. – И, бросив на меня косой взгляд, добавляет: – Да ты, впрочем, и не девчонка.
– Ах, ну да. Уже определил мой вид?
– Не совсем, – Бэн бросает мне ключи, – но сесть за руль можешь.

– Я правила нарушаю.
– Какие правила?
– Девчонки у нас в фургоне запрещены.
– А.
– Но ты и не девчонка, – видно, он смущен. – Ну, не такая.
– А какая?
Он качает головой.
– Я еще не уверен. Такой вид обнаружен впервые.

– Ну, я ее трахнул, – повторяет Бэн. – А после того, как трахнешь друга, все портится. – Он еще раз нажимает на кнопку зажигалки, а потом пламя снова гаснет. – И я знал, что так будет, но все равно сделал.

Планета без солнца, так ты себя называла, да? Она уже мертва. Даже если ещё крутится.

Вот в кого я превратилась. В человека, конфликтующего с малышами.

Фу. Дети - как паразиты.

- Но если такие вещи (самоубийство) происходят в нормальных семьях, на что надеяться остальным? - спрашиваю у него я.

Признак смелости - чувствовать что чувствуешь, даже если чувствуешь, что надо умереть.

ад - это люди.