Замри, как колибри

Сначала конечно хотел "двойку" поставить автору (за две первые "повести"), но потом, как-то сжалился постепенно (ну и потому, что многие переданные писателем творчески-житейские ситуации-состояния во многом понятны и знакомы (большинству художников)..
В сборнике вы не найдете привычного полупорнографического "хулиганства", парижско-бордельного флэра (ложного, как оказалось, после прочтения сиих миниатюр) и прочей богемной бравады автора. А найдете почти нудное полу-морализаторство, полу-жалостливые полу-откровения и прочую разную прозу жизни творческого человека..
Уловите (при желании) прото парлептипную сущность её (этой творческой прозо-жизни), и может быть даже вовремя (уловите).
Пока творческая парадигма не затянула вас в себя глубоко и надолго.. Посмотрите на этого несчастного пишущего старика, десять раз подумайте и только после этого принимаете (окончательное) решение: надо вам оно, или нет..
А так, лето, как лето (кругом).. и это не может не радовать (и не вдохновлять)!

Сборник эссе... Авторский? Так и не уловила, кто составлял. В смысле, может, даже, если и был авторский сборник, то вдруг в него до кучи еще чего-нибудь добавили. ))
Из автора читала только "Тропик рака" - давно. Произвел неизгладимое впечатление. ))) И в принципе, особого желания читать еще какие-то произведения пока не возникает... но эссе и всякие заметки к случаю - это я всегда люблю. ))
В общем, размышления о состоянии современной жизни и культуры (впрочем, уже звучит неопределенно, так как там хронологически разброс от 40-х до 60-х... ), сравнение Европы и Америки (отнюдь не в пользу последней, автор явно не типичный американец). Отдельные заметки о писателях.
Не совсем поняла, зачем сюда включили длинную и нудную монографию о деньгах и золоте - в экономическом аспекте, историческом, этнографическом и прямо-таки физико-химическом... ))) Совершенно выбивается из общего ряда, больше походит на статью из какого-нибудь научно-популярно-географического журнала...
Вообще, автор тут странным образом предстает романтиком и идеалистом. Хотя, в сущности, если прикинуть, так он и в "Тропике рака" таким был, просто э... декорации непривычные... используемые изобразительные средства, или как там... )))

В принципе, эта цитата достаточно ясно говорит о произведениях. Читать размышления автора было приятно, такая себе незамысловатая философия на сон грядущий. Теперь думаю детальней ознакомиться с творчеством Миллера.

На фоне своей жизни и творчества автор беседует с нами об американской и европейской культуре, о политике, идеальном мире, принятии себя и подобных вещах. Во многом я с ним соглашусь.

Особенно понравилась ироничная заметка :"Безусловно, европейский читатель отличается от американского. Он не только читает больше книг, нежели американский, он покупает больше книг. В какой бы дом я ни пришел, книги везде занимали заметное место. И, мог бы добавить, хозяин дома знает, что у него на полках."

«–…Клейкие весенние листочки, голубое небо люблю я, вот что!
Тут не ум, не логика, тут нутром, тут чревом любишь…
Понимаешь ты что-нибудь в моей ахинее, Алешка, аль нет? – засмеялся вдруг Иван.
– Слишком понимаю, Иван: нутром и чревом хочется любить – прекрасно ты это
сказал, и рад я ужасно за то, что тебе так жить хочется, – воскликнул Алеша. – Я думаю,
что все должны прежде всего на свете жизнь полюбить.
– Жизнь полюбить больше, чем смысл ее?
– Непременно так, полюбить прежде логики, как ты говоришь,
непременно чтобы прежде логики, и тогда только я и смысл пойму."

Ф.М. Достоевский «Братья Карамазовы»

В этом рассказе вы не встретите миллеровской хаотичности, дерзости, откровенных интимных сцен, «Улыбка у подножия лестницы» - простая, скромная и мудрая история с выстроенным сюжетом. Как отмечает Генри Миллер: «создавалась она несколько сюрным образом». Да и сам рассказ похож на сюрреалистическую притчу, читаешь и будто видишь сон наяву.

Это нежная история про путь к счастью клоуна Огюста, балансирующего между действительностью и мечтой, профессиональными амбициями и стремлением к гармонии, желанием осчастливить человечество и быть счастливым самому. Он не из тех, кто выходит на сцену по инерции, рутина раздражает его. Он в поисках вдохновения и «состояния, близкого к трансу», когда выступление становится откровением. Огюст переживает провал на сцене, находит покой и свободу в «грязном» труде за кулисами цирка, а счастье в простом и теплом проявлении расположения животного – уткнувшейся в затылок лошадиной морды, проходит искушение славой и порыв начать жизнь с чистого листа. Внезапное озарение открывает ему формулу счастья: будь собой, занимайся любимым делом, не хватай звезд с неба и люби жизнь сегодня, сейчас.

«Океан счастья безбрежен. Но если бездумно отдаться на волю волн, позволить им убаюкать Мысль, то в плеске волн услышишь не дивную музыку, а треск разваливающейся лодки. Уходить надо красиво. Уход Огюста пронзительно символичен. От нас зависит, будет ли расшифрован этот символ», - пишет в эпилоге Генри Миллер. И мы, современные люди, погрязшие в компромиссах с собой, финансовых зависимостях и санкциях, настолько далеки от расшифровки этого символа. Общество не совершенно, и, видимо, всегда будет таким. Но хочется верить, что среди нас был, есть и будет Огюст - персонаж, герой со своей философией и внутренней свободой, способный остаться в памяти людей, поэт, строящий свое идеальное место для существования. Возможно, когда прислушаемся к совету Федора Михайловича и полюбим жизнь больше ее смысла, мы сможем увидеть этот волшебный мир и разгадать тайну ухода клоуна Огюста.

Как отмечает сам Миллер в чарующе написанном эпилоге к рассказу, (как всегда, со вкраплениями впечатлений от художников Сёра или Шагала) это произведение разительно отличается ото всего его творчества автобиографического характера.
Да, повествование лишено интриги сюжета или полунамеков на мысли автора: оно прямым текстом сообщает те сокровенные мысли, что вынес за свою жизнь писатель, но зато с прекрасным, богатым, миллеровским языком (а переводчик слегонца даже переборщил). Концовка, как мне показалось, несколько смятая, но это даже и неважно. Искренняя зарисовка мудрого человека.