Петербург Анны Иоанновны глазами доброжелательного итальянца
Альгаротти Ф. Путешествие в Россию / Пер. с итал. Ю.Н. Ильина. –– СПб.: Наука, 2014. –– 399 с., портр., вкл. 10л. ил., уменьш. формат, суперобл. –– (Литературные памятники). –– Тираж 1.000 экз. ––ОЗОН 404 р.
Ж.-Э. Лиотар. Портрет Ф. Альгаротти. 1745. На фронтисписе рецензируемой книги воспроизведён именно этот портрет (но, разумеется, в чёрно-белом варианте, и почему-то в сильно обрезанном виде).
Франческо Альгаротти (1712––1764), венецианец из хорошей семьи, был человеком разносторонних дарований и общеевропейской знаменитостью. Особенно прославила его научно-популярная книга «Ньютонизм для дам, или Диалоги о свете и цвете» (1737). Он охотно путешествовал, жил подолгу во Франции, Англии, Германии; в 1739 г. побывал в Петербурге. Сохранился дневник этого путешествия, представляющий интерес преимущественно как исторический источник. Книга «Путешествие в Россию», в отличие от дневника –– произведение чисто литературное, и к тому же очень позднее (1760 г.). Рассказывая европейцам о России, автор автор предпочитает хвалить, а не порицать, и настолько осторожен, что не указывает даже цель путешествия. А путешествовал он в свите своего приятеля-англичанина, лорда Балтимора, который должен был представлять короля Георга II на бракосочетании Анны Леопольдовны Мекленбургской, племянницы русской императрицы Анны Иоанновны, и принца Антона-Ульриха Брауншвейгского. Свадьба состоялась 3 июля 1739 г., но Альгаротти о ней в своей книге ни словом не обмолвился. В чём дело, догадаться не так уж сложно. Сын этой супружеской четы, Иоанн Антонович, в младенческом возрасте был провозглашён императором, но царствовать ему было не суждено: власть захватила Елизавета Петровна. Тема печальной судьбы «брауншвейгского семейства» в 1760 г. оставалась весьма болезненной, и Альгаротти явно счёл за благо даже краем не касаться русских династических передряг (дабы не дразнить русские власти и не давать русской цензуре повода препятствовать проникновению его книги в Россию).
Альгаротти избрал для своей книги эпистолярную форму: герой, путешествуя, сообщает свои впечатления друзьям. Письма 1-8 адресованы англичанину Джону Харви; письма 9-12 –– итальянцу Шипьоне Маффеи. В реальной жизни оба к 1760 г. успели умереть, что для автора во многих отношениях очень удобно. Каждое письмо снабжено фиктивной датой и фиктивным указанием на место написания (что отражает, по крайней мере для 1-8 писем, реальные этапы путешествия: Эльсингёр, Ревель, Кронштадт, Петербург, Данциг, Гамбург). Очень интересен рассказ о полном опасностей морском путешествии из городка Грейвзенда (на Темзе), через Северное и Балтийское моря, в Кронштадт(с. 35-38); здесь есть, среди прочего, краткое описание Ревеля и рассуждения о внутреннем устройстве Эстляндии и Лифляндии (с. 27-32). Далее следуют:
- описание Кронштадта (с. 33-38);
- рассуждения о русском флоте (с.39-48);
- описание пути из Кронштадта в Петербург «по священному руслу Невы» на барке, предоставленной английской делегации лорда Балтимора русским адмиралом Гордоном(с. 49-52);
- описание Петербурга с его «смешанным архитектурным стилем» (с. 52-54);
- рассуждения о русской торговле (с. 54-62);
- краткие сведения о населении и доходах Российской империи (с. 63-64);
- о гвардейских полках и о русской армии в целом (с. 66-75);
- краткие характеристики четверых иностранных офицеров, достигших на русской службе высоких чинов: это Левендаль, Кейт, Ласси и Миних (с. 76-77);
- о кадетском корпусе (с. 77-78);
- о снабжении Петербурга продовольствием (с. 78-79);
- рассуждения о географическом положении России и о её соседях (с. 80-90);
- о разного рода трудностях, испытываемых городом Данцигом и польско-литовскимгосударством (с. 92-95);
- о русско-турецкой войне 1735-1739 гг. (с. 95-130; самый обширный раздел книги);
- о путешествии автора, высадившегося в Данциге на берег, через Германию: Франкфурт, Дрезден, Лейпциг, Потсдам, Рейнсберг (с. 131-143). Затем автор отправляется в Гамбург и здесь снова садится на корабль лорда Балтимора, успевший обогнуть Данию (с. 143-144).
Далее следует вторая часть книги: письма 9-12, датированные 1750-1751 гг. Автор находится в Пруссии (в Берлине, а затем в Потсдаме).
- о Каспийском море и попытках англичан организовать регулярные торговые сношения с Персией (с. 145-157), включая краткий рассказ о персидской авантюре Джона Элтона, записанный якобы со слов «одного англичанина», по дороге из Персии в Англию задержавшегося в Берлине. Этим англичанином мог быть только Джонас Хэнуэй (Hanway, в Википедии Хенвей), но реальна ли встреча с ним нашего автора –– неизвестно. В принципе вся информация могла быть заимствована из мемуаров Хэнуэя, (см. ссылку на издание 1753 г. в Примечаниях к рецензируемой книге, с. 328-329);
- о гипотезе подъёма уровня Каспия и научных спорах вокруг этой гипотезы (с.165-175).
В чисто литературном отношении книга Альгаротти для своего времени безупречна. Вот суждение одного из первых его биографов (1770 г.):
Нет какой-либо другой книги или другого рассказа путешественников, которые бы так лаконично и просто сообщали столь разносторонние сведения, привлекали бы таким разнообразием, изяществом и новизной описаний.
(цитата из статьи в Приложениях рецензируемой книги, с. 248-139)
Что касается рецензируемого издания 2014 года, из хвалёной серии «Литературные памятники», то у меня к нему есть некоторые претензии. Приложения занимают ровно половину книги, и такая обстоятельность высокоучёных мужей и дам похвальна; но вот качество их работы, к сожалению, далеко от идеала. Скажу больше: есть явные признаки непрофессионализма. Если нам предлагают новый перевод, то надлежит указать, когда был издан прежний. Причём с библиографически грамотной ссылкой:
Альгаротти Ф. Русские путешествия. Письма о России / Предисл., пер. с итал., сост., комм. М. Г. Талалая. — СПб: Крига, 2006. — 176 с. — 1000 экз.
Вероятно, кое-кто в редакционной коллегии серии «Литературные памятники» не любит конкурентов. Но игнорировать элементарные требования, традиционно предъявляемые к научным изданиям, всё-таки не следует.
В других отношениях тоже не всё благополучно. В статье И.П. Володиной об Альгаротти и его творчестве биографические сведения занимают слишком мало места, зато статья раздута за счёт пересказов некоторых фрагментов той самой книги, с которой читатель только что познакомился в полном объёме...
С комментариями дело обстоит ещё хуже. Авторов двое, и они выражают благодарность ещё четверым «за неоценимую помощь в уточнении исторического комментария» (с. 253). У семи нянек, как известно, дитя без глаза: в комментарии есть неточности и прямые ошибки. Вот худшая из них. Альгаротти пишет о Петербурге как «окне, через которое Россия смотрит на Европу» (с. 49); комментатор сообщает: «Образ «окна в Европу» использован А.С.Пушкиным в авторских примечаниях к «Медному всаднику» (1833)» (с. 278, прим. 1). Ошибка прямо позорная: образ «окна в Европу» использован А.С. Пушкиным не в авторских примечаниях к «Медному всаднику», а в основном тексте поэмы. Все помнят, я надеюсь, эти пушкинские строки (из внутреннего монолога Петра):
Природой здесь нам суждено
В Европу прорубить окно,
Ногою твёрдой стать при море...
Забавно, что эти три строчки цитировались выше, в статье И.П. Володиной (с. 251). Более того: комментатор отсылает читателя к этой странице! Но всё равно сморозил глупость... Что касается авторских примечаний к «Медному всаднику», то там у Александра Сергеича прямая цитат из Альгаротти (во французском переводе). Неизвестно, впрочем, читал ли Пушкин саму книгу, или же цитирует её опосредовано («цитата цитаты», случай не редкий).
В комментариях ещё много разных дефектов. Нам почему-то весьма охотно объясняют общеизвестное (например, кто такой Юлий Цезарь, с.289), но тщательно обходят реальные сложности старинного текста. Альгаротти пишет, например, что Волга –– «одна из самых больших рек Азии» (с. 169); комментария нет! Альгаротти пишет, что у полюса «море свободно от льдов и просторно» (с. 175); комментария нет! В комментарии сообщается, что Новая Земля — архипелаг, «занятый русскими в 1877 г.» (с. 338); что это означает, я отказываюсь понимать (но этого не понимает, конечно, и сам горе-комментатор). Несколько раз сообщается, по разным поводам, что количественные данные, приведённые у Альгаротти, близки-де к истинным, но каковы же истинные – упорно обходится молчанием. Есть примечание, навеянное каким-то историческим романом: «Как известно, мозаики Софийского собора (XI в.) в Киеве созданы приезжими греческими мастерами и их русскими учениками» (с. 345, прим. 7). Впрочем, возможен и другой, более легитимный источник: эту ересь вполне мог сочинить некий советский искусствовед. Много у них было «смелых предположений», у советских искусствоведов:)
А вот пример того, как неоправданно раздувается объём комментария. Альгаротти упоминает мельком русского генерала Румянцева. Это персонаж значительно менее известный, чем Юлий Цезарь, и вполне можно было бы дать комментарий: «Александр Иванович Румянцев (1680—1749)». Это и сделано (с. 312); но на этом следовало бы остановиться. А комментатор рад лёгкой возможности отличиться, ибо статья об этом персонаже есть в Википедии, и списать ничего не стоит. И вот уже нам суют в комментарии мини-биографию упомянутого мельком генерала, объёмом в полстраницы (и там 19 дат!).
Впрочем, все эти раздражающие дефекты занимают в огромном комментарии не слишком много места. Это плюс.
В целом книга хорошая и полезная. Для всех, кому интересен взгляд непредубеждённого иностранца на преображённую Петром Россию. Дальше Петербурга Альгаротти не бывал, но он и здесь многое сумел увидеть и понять.
34 понравилось
