В поисках призраков

И самое главное : только в этой стране можно чувствовать себя защищенным не потому, что хорошо знаешь свои права, а потому, что их плохо знают другие.

К тому же я привык бороться с врагами , которые мне не нужны , а не с друзьями , которым не нужен я.

Максим встал. Шатаясь, он надел плащ и пошел к выходу. Лиза последовала за ним.
После относительно светлой гостиной чернота леса казалась всепоглощающей. Но вскоре их глаза привыкли к темноте и стали различать контуры избитых дождем зарослей.

– Конечно, не понимаю! – воскликнул Макс. – Между нами две бутылки виски и здоровенный косяк! Как мне тебя понять?

Если я так и буду улыбаться, то пипец глазам, носу, и вся моя голова станет одним большим ртом! Охренеть! Реально, каждый Чеширский Кот умирал именно оттого, что тупо превращался в огромный рот…

Сначала не уснуть, потом не поспать, а затем пораньше проснуться – набор разведчика.

От шеи и почти до самой поясницы – огромная пятерня отпечаталась. Пальцы длинные и в толщину как три моих! Жуть… Жалко, не было фотоаппарата ни у кого, даже снимок не сделали. Если бы вы увидели, то даже не подумали бы в здешних лесах бродить!

Кто-то хочет сохранить богатство, а кто-то – просто съесть тарелку супа, и порой эти желания столь сильны, что мы стремимся их осуществить даже после смерти. Что бы это ни было, дар или проклятие, – в наших силах лишь желать правильных вещей. Потому что мы можем лишиться всего, но никто не сможет отнять у нас наши мечты.

Жизнь – это разбег, смерть – прыжок, а вот дальше – полет. Кто-то летит вверх, кто-то вниз, и именно это направление мы и выстраиваем за время своего физического существования.

Поль массировал виски.
— Миша, дело гнилое…
— А я, по-твоему, не знаю? Я, черт бы вас всех побрал, председатель совета директоров этой гребаной компании! Ты понимаешь, сколько дерьма на меня польется, если будет известно, что мой скотский племянник убил человека?!
— Понимаю. Но меня радует, что ты хоть понимаешь, что он «скотский».
— Хватит глумиться.

Энергия злых мест обретает силу, когда возникает страх, а ничто так не способствует ему, как неизвестность. Мы боимся темноты и смерти лишь потому, что не знаем, что нас ждет там. Мы разжигаем костер в лесу и ходим вокруг него, не перешагивая рубеж света. Здесь мы почему-то чувствуем себя в большей безопасности, хотя по-прежнему находимся в лесу и ничего, по большому счету, не изменилось.

Жизнь порой умело купирует людскую привередливость, приучая радоваться малому.

Мы меняемся не от времени, а от груза злости и страха, который приобретаем в пути

Пакеты с продуктами были на импровизированной кухне. Роберт принес из коридора последний и принялся распаковывать купленное. Все, что не требовало приготовления: вода, соки, чипсы, хлеб, колбасы, сыры, сладкое, – он поставил на стол; банки с зеленым горошком и кукурузой, лапша быстрого приготовления и несколько консервных банок с печенью трески оказались рядом с плитой.

Уходить надо не тогда, когда ты уже не нужен, а когда в тебе еще осталась необходимость.

Любой публичный человек чаще всего кокетничает, жалуясь на навязчивые взгляды окружающих. На самом деле ему страшно даже подумать, как он будет жить, если всего этого вдруг не станет.

Возможно, наши желания длятся дольше, чем земная жизнь. В нас это заложено с самого начала, как подтверждение того, что существует некое «потом». Разве мы не хотим после смерти попасть в рай или оказаться в следующем воплощении в более совершенном теле? Хотим. А значит, наши желания уже выходят за рамки обычной жизни. И если мы не успели сделать что-то здесь и сейчас, то кто сказал, что мы не можем это сделать «после»? Вопрос лишь в том, насколько сильно мы этого хотим.

Не спеша она прошла по черному коридору к входной двери. В ее голове оживали детские страхи и сюжеты, которые она сняла за время работы над «Поисками призраков». Лиза только сейчас поняла: пытаясь все эти годы пугать зрителей, в результате она напугала лишь саму себя.

Жизнь учит и калечит одновременно. Вопрос лишь в том, насколько быстро ты усвоишь очередной урок, чтобы не так сильно пострадать в дальнейшем. Беги, но оглядывайся по сторонам, запоминай, ибо это и есть твоя жизнь. Наслаждайся, но беги. Беги и помни, что у каждого свой финиш, и он не там, куда ты бежишь, а там, где ты остановишься.

Мы всю жизнь пытаемся стать сильнее для того, чтобы позволить себе слабость или открыто признаться в собственном бессилии.