Стража! Стража! К оружию! К оружию!

Он так долго жил среди людей, что теперь носил костюм и научился, по его словам, всяким цивилизованным штучкам, типа вымогательства, ростовщичества под триста процентов в месяц и всему остальному.

Да и не герой я вовсе. Герои грабастают королевства и принцесс, регулярно делают физические упражнения, а когда улыбаются, то солнечный луч играет у них на зубах и загорается звездочкой — дзынь! Сволочи они, эти герои.

Ощупывая руками стены, Ваймс поднялся по лестнице, проковылял в кабинет, рухнул в первобытное, давным-давно продавленное кожаное кресло, пошарил в верхнем ящике, вытащил оттуда бутылку, вцепился зубами в пробку, потянул, выплюнул пробку, отпил. Рабочий день начался.

Тут ноги Ваймса наконец поддались уговорам совести и решили, что могут себе позволить некоторое время походить в героях.
Стр. 274

Вы всегда имели наглость изображать из себя слабых и пугливых, — мысли дракона гремели в голове у Воунза. — Мы — драконы, и нам полагается быть жестокими, коварными, бессердечными и ужасными. Но даже мы никогда не доходили до того, до чего дошли вы, человекообразные! — Гигантская морда приблизилась еще больше, так что Воунз смотрел прямо в безжалостные бездны драконьих глаз. — Мы никогда не сжигали, не пытали и не раздирали друг друга на части, одновременно называя это моралью.

Достабль считал Хризопраза своим другом – вряд ли кому-нибудь хотелось бы быть врагом Хризопраза.

Возможно, если пробраться сквозь загадочные старые платья, в нем висевшие, можно было оказаться в волшебной сказочной стране, где жили говорящие животные и гоблины, но, скорее всего, оно того не стоило.

Моя хозяйка угнетает меня по-страшному. Колотит в дверь и устраивает скандалы, требуя плату за жилье, якобы я ей задолжал, а это ведь вранье чистой воды. И соседи за стенкой – те меня тоже угнетают, только ночью. Я вот говорю им, я, мол, весь день работаю, когда ж еще мне учиться играть на контрабасе, как не по ночам? Так нет ведь, не слушают. Это самое что ни на есть угнетение, вот что это такое. И если я не под пятой угнетателя, то уж и не знаю, кто тогда под этой пятой.

"Под влажным покровом ночи убийцы убивали, воры воровали, потаскухи потаскушничали. И так далее".