Цитаты из книги Тяжелый песок

Дело не в том, в какую ситуацию попадает человек, - это часто от него не зависит. Дело в том, как человек выходит из этой ситуации, - это всегда зависит только от него.

В эти тяжелые дни, в эти горькие минуты я понял, как могут люди любить друг друга, как могут они пронести свою любовь через всю жизнь. Поэт Маяковский сказал: «Для веселия планета наша мало оборудована». Может быть, не знаю... Но то, что наша жизнь мало оборудована для любви, – это точно.

Каждый человек по-своему красив, но не каждый человек умеет свою красоту показать в наглядном виде.

… чем больше у людей квартира, тем меньше находится места, чтобы переночевать постороннему человеку.

Но, с другой стороны, я скажу вам так: человек может верить в бога, может и не верить, можно обрести веру, и можно потерять её. Но для истинно верующего бог один, тот, которого он носит в своем сердце, и уж если ты хочешь верить, то разделяй ту веру, в которой ты родился. Менять веру ради личного интереса некрасиво, вера не перчатка: стянул с руки одну, натянул другую...

Все прощается, пролившим невинную кровь не простится никогда...

...о людях мы судим не только по тому, как они умерли, но и по тому, как они жили. Смерть многое искупает, когда она является поступком.

Клады бывают только в романах, специально для бездельников. Сидит такой бездельник, работать ему неохота, вот он и мечтает найти клад.

Любовь покоряет мир!

Если совершить величайшее безрассудство во имя любви можно в молодые годы, то понять его и, быть может, пожалеть, что в твоей жизни такого не было, можно лишь в зрелые годы.

-Много ты знаешь! Захочу - и выйду. -Ну, захоти, захоти! -А я не хочу захотеть.

главной их пищей была бульба - картофель, но из картофеля они готовили вкуснейшие блюда: бульба со шкварками, бульба с грибами, бульба с кислым молоком... А драники - картофельные оладьи с медом, сметаной или грибами - пальчики оближешь!

Сташенки говорили по-белорусски: галава вместо «голова», сяло - село, мылыдая - молодая, домоу - домой, дзед - дед, пойдзем - пойдем, дзверы - двери, дзяучына - девушка, ну и так далее...

(...) нет отчаянных положений, есть отчаевшиеся люди.

У него длинный, тонкий нос и острый кадык, готовый вот-вот разрезать изнутри Митино горло.

Обещать и обмануть - не по-мужски. Не обещай! Если она тебя любит, то она твоя и без всяких обещаний.

Знаете, я тогда очень любил Есенина, люблю и сейчас, хотя читать стихи, как вы понимаете, уже некогда, но, когда слышу их, у меня щемит сердце так же, как щемило тогда. Так иногда бывает в юности - попадешь на хорошую книгу, влюбишься в нее, и она западет в твое сердце на всю жизнь.

– Только помни, Мишка, – сказал Полевой, – жизнь – как море. Для себя жить захочешь – будешь как одинокий рыбак в негодной лодчонке: к мелководью жаться, на один и тот же берег смотреть да затыкать пробоины рваными штанами. А будешь жить для народа – на большом корабле поплывешь, на широкий простор выйдешь. Никакие бури не страшны, весь мир перед тобой! Ты за товарищей, а товарищи за тебя. Понял? Вот и хорошо!