Голодное пламя

Простить что-то, что можно простить, - никакое не прощение, думает она. Настоящее, чистое прощение - это простить непростительное. Такое под силу только богу.

Логика - как скала в море, против которой бессильны все волны глупости.

Люди имеют разную ценность, и всё в конце концов сводится к одной-единственной вещи. К деньгам. Ты - это твой конверт с зарплатой.

Некоторые люди могут лишь произносить слова, но речью не владеют. Можно произносить или писать слово "эмпатия", но для некоторых оно не имеет смыслового наполнения. Тот, кто умеет только произносить слова, способен совершить самое страшное.

Совершенно невозможно, чтобы человек, выросший в атмосфере искренности, уважения и тепла, когда-нибудь ощутил желание мучить слабых и лишать их жизни.

Предательства не прощают. С ним учатся жить.

Раковины
ушей слушают ложь. Нельзя впускать в себя неправду, ибо она быстро достигает желудка и отравляет тело.

Убитые дети без документов менее ценны, чем убитые шведы с карьерой и счетом в банке, констатировала она, ощущая, как внутри закипает гнев.

Единственный город в мире, где погода зимой хуже, чем в Стокгольме, – это, наверное, Санкт-Петербург, возведенный на болотах по ту сторону Балтики, на далеком берегу Финского залива. Первыми здесь начали строить город шведы, потом пришли русские. Такие же мазохисты, как шведы.

Убить человека – это просто. Проблема скорее психологическая, и условий тут – огромный диапазон. Большинству людей требуется преодолеть множество барьеров. Эмпатия, совесть, долгие размышления обычно препятствуют тому, чтобы взрастить смертоносное насилие.
Но для иных это не сложнее, чем открыть пакет молока.

Это трагедия - когда человек бьет своего ребенка, чтобы не думать, что творили с ним его собственные родители.

Завершенность тела так очевидна. Там, где кончается кожа, берет начало внешний мир.

Все-таки жизнь слишком дорога, чтобы тратить ее впустую, ожидая, когда же что-нибудь случится. Когда же произойдет что-нибудь, что подхватит тебя и понесет дальше.

На то, чтобы составить мнение о человеке, может уйти пара минут; на то, чтобы узнать кого-нибудь, – годы

Логика – как скала в море, против которой бессильны все волны глупости.

Есть много способов плакать: громко, тихо или не плакать вообще

По-моему, у таких, как она, врагов чуть больше, чем население страны.

В жизни полно предательства,и если не учиться справляться с ним, то едва ли выживешь.

Она не спит, прислушиваясь к его шагам, и играет, что она – часы. Когда она лежит на животе – это шесть, на левом боку – девять, а когда на спине – это полночь. Поворачивается на правый бок – и вот уже три часа, снова на живот – шесть. На левый бок – девять, на спину – снова полночь. Если она сможет управлять часами, то он не поймет, сколько времени на самом деле, и оставит ее в покое.