
Аудио
408 ₽327 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Война - совсем не фейерверк,
а просто - трудная работа,
когда,
черна от пота,
вверх
скользит по пахоте пехота.
Михаил Кульчицкий
Вот эта книга про войну, как ежедневную трудную работу. Здесь все очень обыденно. Вот приехал, тебя еще не принимают, ты чужой, хоть и командир. К тому же тебе 19, а некоторым твоим солдатам гораздо больше. Но дело надо делать - и принимаешь решение, командуешь, посылаешь на смерть, а потом окажется, что это-то жизнь и спасет. И мелочи всякие - как два солдата катушку делили на поле боя, не для себя, для своих, как ремень новый на старый обменяют, как спать, пристегнувшись ремнем к батарее. А потом ранение, госпиталь и снова повседневные мелочи. Как относятся к тыловикам, как спорят можно ли пехотинцу пройти всю войну без ранений. Сплошная бытовуха. Бытовуха, от которой мурашки по коже. Тихая книга без спецэффектов. Про то, как это было.

Еще одно произведение "окопной прозы".
Сильное, страшное произведение о всех мальчишках с кубиками на петлицах. Сколько их выросло, получили большие звезды на погонах, вернулись домой взрослыми, сильными... Но не счесть, сколько осталось на полях сражений, безымянных и совсем-совсем юных...
Навеки-девятнадцатилетних...

Я решила почтить память нашим защитникам, прочитав в этот день книгу, связанную с ВОВ. И не пожалела. Как всегда, в книгах подобного плана присутствует жизнь. Да, именно она. Жизнь, которую человек готов отдать за своих людей, за свою родину, за своё, родное. И сколько было смертей парней, которые должны были жить долгую и счастливую жизнь, но они все отдали её не зря, их подвиг мы всегда будем помнить. И спустя 80 лет, и спустя 100, и 150.
В этой книге нам рассказывают о солдате Третьякове, который вернулся на фронт спустя 8 месяцев и стал командовать взводом зенитчиков. Рассказывают о жизни взвода в окопах, о боях с немцами, а после — о том, как провёл время после ранения Третьяков в больнице. Как он ценил жизнь, каждую минуту радуясь, что живой, что есть, кого любить, с кем пообщаться, где согреться. Какие люди его окружали, самые разные, но все интересные. И как закончились его приключения... Будучи вечно девятнадцатилетним.
До последнего надеялась, что конец будет иным. Но в таких книгах это редкость... Было очень тяжело читать о жизни людей в войну, о беженцах, которые не знали, куда деваться, о голоде, холоде. Тяжело читать о потерях на войне, о мыслях солдат о будущем, которому не суждено сбыться. Но каждый из них мечтал о простом человеческом счастье...
Хоть читать и тяжело, но безумно интересно. Восхищаюсь мужеством, смелостью и гуманностью в любых обстоятельствах, даже к врагу, когда он того не заслуживает. Наши люди всегда были такими человечными.
Я помню и всегда буду помнить.

Конечно, все эти приметы – глупость. Но когда от тебя ничего не зависит, начинаешь верить.

Потом они ехали на телеге, и близко над лицом качались звезды. И мир был беспределен. Что – космос, иные миры!.. Беспределен только один мир – детство. И жили в этом мире бессмертные люди: он, мама, отец.

Неужели только великие люди не исчезают вовсе? Неужели только им суждено и посмертно оставаться среди живущих? А от обычных, от таких, как они все, что сидят сейчас в этом лесу, – до них здесь так же сидели на траве, – неужели от них от всех ничего не остается? Жил, зарыли, и как будто не было тебя, как будто не жил под солнцем, под этим вечным синим небом, где сейчас властно гудит самолет, взобравшись на недосягаемую высоту. Неужели и мысль невысказанная, и боль – все исчезает бесследно? Или все же что-то остается, витает незримо, и придет час – отзовется в чьей-то душе? И кто разделит великих и невеликих, когда они еще пожить не успели? Может быть, самые великие – Пушкин будущий, Толстой – остались в эти годы на полях войны безымянно и никогда ничего уже не скажут людям. Неужели и этой пустоты не ощутит жизнь?












Другие издания


