Отсутствует в электронном формате (epub, fb2)
MidnightSoul
- 1 433 книги

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Он перевел "Улисса", снабдив серьезными развернутыми, не чуждыми сдержанного юмора комментариями. По объему часто равными тексту источника. Да, вот именно так: страница, горизонтально разделенная на две примерно равных части, сверху Джойс, внизу комментарии Хоружего. Читая книгу, заинтересовалась переводчиком и, да, Сергей Сергеевич оказался невероятного диапазона личностью: физик, философ, богослов, человек очень непростой судьбы, создатель религиозно-философской концепции синергийной антропологии.
Тогда не нашла времени понять ее суть, хотя бы в общих чертах, хорошо запомнила только недовоплощенность, которая по мнению Хоружего характеризует проявления виртуальности в человеческой жизни. Сегодня захотелось вернуться и разобраться детальнее. Для себя тезисно
- Существуют проявления, играющие ключевую роль в антропологии человека и они напрямую связаны с отношением к Другому, имеющему отличные фундаментальные свойства. Другое воздействует на часть проявлений человека и это не односторонний процесс, но взаимодействие; человеческое существо должно открыться Другому, воспринять его наиболее полно. Что терминологически соответствует размыканию.
-
Многообразие проявлений процесса размыкания в человеческой жизни базово можно свести к трем уровням: Онтологический человек - Онтический человек - Виртуальный человек. Со сферами реализации, соответственно: духовные практики - паттерны общественного бессознательного - виртуальные практики. В чистом виде встречаются реже, чем смешано или гибридно в различных вариантах и с разной долей энергетической наполненности. Размыкание в сущем; размыкание в бытии и размыкание в виртуальность.
- Наполненность духовных практик содержимым напрямую зависит от степени антропоморфичности и персонифицированности явления, играющего роль Божественного: Абсолют или мировой разум более располагает к медитативным практикам рассеяния и погружения вовнутрь себя ("Умеющий ходить, не оставляет следов"); Бог, обладающий выраженными человеческими чертами - к исихазму, практике деятельного добра. Полный и непрестанный взаимный обмен между лицами-ипостасями.
- Для Онтического человека определяющим является уровень связи с общественным бессознательным. Которое всегда дискретно, прерывисто, имеет выраженно нарушенную связность. Что служит источником большинства психофизических проблем на разных уровнях: от приемлемого до клинического. Нарушение целостности, как особенность взаимодействия между личностью и паттернами общественного бессознательного противостоит высокой связности Инобытия на онтологическом уровне.
- Природа и свойства Виртуального человека еще недостаточно изучены, но уже на сегодняшнем этапе можно сказать, что выраженным свойством виртуальности и способом взаимодействия человеческой особи с ней на этом уровне является недовоплощенность. Всякому актуальному феномену соответсвуют десятки, если не сотни однонаправленных с ним виртуальных на всех уровнях. В виртуальной реальности, входящей на разных уровнях в обыденность в последние годы, это свойство еще более выражено.
- Дискретность паттернов общественного бессознательного усиливается, а последовательное восхождение к растворению идентичности, принятое в духовных практиках, на виртуальном уровне затруднено недовоплощенностью и, как следствие, отсутствием критического изменения. Способность к самоконтролю Виртуального человека - самое слабое его звено.Таким образом: путь от Онтологического человека к Виртуальному человеку - путь последовательного нисхождения и тупиковая, с точки зрения антропологии, ветвь развития, воплощаемая актуальным сегодня вариантом сценария.
Нахожу ли интересным, заслуживающим внимания и точным в деталях? Безусловно. Согласна ли с выводами? Скорее нет. Хотя бы потому, что этот мой текст целиком опирается на инструментарий Виртуальности, но актуальной целью имеет решение некоторых Онтических проблем, а в сакральном смысле - служит Онтологии.

Сергей Сергеевич Хоружий доктор физико-математических наук, переводчик. Переводил произведения Джойса, в том числе «Улисса», к которому написал комментарий. Основал институт Синергийной антропологии.
«Фонарь Диогена» - ретроспектива философских учений о человеке от Платона и Аристотеля до Фуко и Делёза. Но это не просто труд по истории философии, в нём Сергей Сергеевич описывает свою теорию о человеке. Почти вся история философской антропологии основывалась на эссенциалистском представлении о человеке. Двадцатый век ознаменовался полным переворотом представлений о том что такое человек. Сергей Сергеевич настаивает, что происходит переход от эссенциализма к энергизму — новому представлению о человеке.
Основываясь на изучении проектов Мишеля Фуко и духовных практик Хоружий выстраивает новую антропологию в которой человек конституируется практиками себя и определяется размыканием по отношению к своей Антропологической границе.
В духовной практике исихазма человек имеет дело с антропологической Границей и конституируется энергиями Инобытия, поэтому его можно назвать онтологическим человеком. Цель человеческой жизни — соединение с Богом, обожение, к этой цели ведёт лестница, каждая ступень которой элемент самопреобразования, в то же время человек достигает цели не сам по себе, но в соработничестве, синергии с Богом. Как отмечает Хоружий после, в любой духовной практике человек существует в онтологической топике, но не все духовные практики одинаковы. Только христианство имеет дело с Личностью (Богом как личностью, личным общением ученика с учителем и тд), другие же духовные практики имперсональны.
Далее Хоружий выделяет ещё два вида взаимодействия человека со своей Антропологической границей:
Онтическое размыкание сознания по отношению к бессознательному.
И виртуальное размыкание, в котором человек характеризуется недоактуализированной идентичностью.
Как я уже писала в рецензии на другую книгу Хоружего, синергийная антропология разочаровала меня уравниванием духовных практик и утратой Христа. В «Фонаре Диогена» роль Христа и Личности более весома. Так Хоружий признаёт, что
и
Христианству и исихазму отведена в стратегии Синергийной антропологии более весомая роль, возможно, только потому, что сам Хоружий занимался именно исихазмом и другие духовные практики недостаточно изучены в этом отношении.
Вообще, я читала эту книгу больше ради истории философской антропологии. В первой трети книги Хоружий довольно смешно шутит, но чем ближе он к рассказу о Синергийной антропологии, тем более серьёзным становится. Меня устраивает, что для меня нет необходимости читать ничего больше о Синергийной антропологии, если только по моему желанию. Однако, разочаровываться не хотелось. Очень хочется, чтобы серьёзные люди изучали христианство, пусть снаружи, пусть несовершенно, но находили в христианстве всю ту красоту (хотя бы часть), что там есть: и учение о человеке, и учение о мире и верное представление о Боге. Боге, нет прекраснее Которого нигде.

Корни синергийной антропологии лежат в совершенно иной почве, в ином контексте. Основное понятие, определяющее этот контекст, –
Восточно-христианский дискурс: специфический дискурс, создаваемый Восточным христианством (православием) и содержащий духовный, концептуальный, эпистемологический фонд для формирования Восточно-христианского (византийского, а затем и русского) менталитета и культурно-цивилизационного организма. Строение этого дискурса характеризуется наличием производящего ядра, которым служит определенный род опыта: аутентично христианский опыт устремления ко Христу и соединения с Ним; опыт христоцентрического Богообщения, утверждаемый как конститутивный для человека, формирующий его личность и идентичность. В составе культурно-цивилизационного организма существует специальная сфера, где культивируется данный род опыта: это – исихастская мистико-аскетическая традиция, которая создает и поддерживает комплекс практик, продуцирующих искомый опыт.

«Эта проблематизация связана с ансамблем практик… в которых люди не только устанавливают себе правила поведения, но стремятся также преобразовывать самих себя, изменять себя в своем уникальном единичном бытии». Такова логика генезиса концепции: она ведет от моральной проблематизации сексуальности к практикам себя, исследование которых сразу же понимается как исследование конституции субъекта и герменевтики субъекта.

Моральная проблематизация, происходящая в сознании субъекта, отражается, оказывает формирующее воздействие на определенный род практик субъекта: на те практики, которые он обращает на себя самого и в которых целенаправленно изменяет себя. Это и есть практики себя.

















