Самые высокие, по-видимому, решения часто внушаются весьма мелкими побуждениями.

И колдовала ночь среди огней, и звёздные хороводы плыли над тёмной землёй, и Сошка Золотая, боком поднявшись над лесами, говорила, что полночь близко…

О вере заморской селяки хотя иной раз и поднимали речь — Ляпа, который поставкой князю в Киев ладей-однодерёвок промышлял, много чудного про неё рассказывал, — но они смотрели на всё это, как на какую-то небывальщину. В особенности чудно им было, зачем им нужно было Бога распинать и как это Бог с собой такое дело допустить мог.

В одном древнем писании есть прекрасное и глубокое место: всех языческих богов нельзя и перечесть, -- говорит летописец, - каждый человек тогда своего бога имел. Каждый человек и должен иметь своего Бога: зеркала душ из тайн мира вмещают в себя только то, что они вместить могут.

Маковка его была по-тогдашнему выстрижена; это называлось венчиком, гумёнцем, а в просторечии -- поповой плешью.

Известно, что всякий своё выхвалять будет.

Не спрашивай старого — спрашивай бывалого…