Натюрморт. Переправа. Вестник истины

А я тогда кто? Сервиз? Ваза с фруктами?
Натюрморт. Мертвая натура, вот я кто.
Хотя не такая уж и мертвая в последнее время, подумала она, вновь испытывая радостное волнение. Она не сомневалась, что чувства и ощущения медленно, но верно возвращаются к ней. Я могу слышать, различать запахи, тепло и холод, жесткое и мягкое; я безошибочно отличаю равнодушное прикосновение Пэтси от заботливой ласки Гейл.
А вдобавок я могу выпрямить пальцы рук и пошевелить пальцами ног! Сжать руки в кулак и вращать стопами. Еще неделя, и я смогу спустить ноги с кровати. А потом смогу ходить, потом — видеть, разговаривать! Смогу всем рассказать о том, что произошло на самом деле.
С каждым днем мне все лучше и лучше. Я постепенно возвращаюсь в свое тело, из которого меня так жестоко вырвали… Но удастся ли мне спастись?

По ночам бывало хуже всего. По ночам снились сны, мучили кошмары и являлись призраки. Сколько раз ей снилось, что зрение вернулось, а просыпалась она все в той же черной дыре, куда провалилась в тот мартовский день. Сколько раз ей снилось, что она может говорить, а просыпалась — безмолвна. Сколько раз ей снилось, что она может двигаться, а проснувшись, она обнаруживала, что ее некогда сильное, полное жизни тело превратилось в ловушку, из которой не выбраться.
Когда же наконец прекратится этот кошмар!