На всякого мудреца довольно простоты

Как удачно устроить свою судьбу, если ты небогат и не знатного рода? Оказывается, очень просто: надо "подделаться к тузам", льстя грубо и беспардонно. Таковы замыслы Егора Дмитриевича Глумова - умного, злого и завистливого молодого человека, не чурающегося ни клеветы, ни подкупа. А истинные мысли о ненавидимом и презираемом обществе можно не высказывать вслух, а доверить дневнику. Надо только прятать его лучше, иначе может случиться беда...

Жанры

Купить эту книгу

Аудио

84.9 ₽68 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,3

615 оценок

5
50%
4
35%
3
13%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 768Хотят прочитать 333

Рецензии

Sphynx-smile
4 марта 2026
О вреде ведения дневника или как все узнали тайну царя Мидаса.
В этой комедии Островский высмеивает образованного, амбициозного дворянина из бедной семьи Егора Дмитриевича Глумова, здесь опять "говорящая" фамилия, любит он глумиться над окружающими, считая себя самым умным и хитрым, способным любой ценой выбиться «в люди», плетя интриги и искусно манипулируя окружающими.

«Над глупыми людьми не надо смеяться, надо уметь пользоваться их слабостями».
Островский заставляет задуматься о цене успеха "любой ценой" и нравственных компромиссах, а также о людях, имеющих связи и проталкивающих наверх родню и знакомых из личных симпатий или личных целей, для которых неважно, если их протеже не имеет никаких требующихся профессиональных качеств.

«Чем в люди выходят? Не всё делами, чаще разговором.
Глупо их раздражать — им надо льстить грубо, беспардонно. Вот и весь секрет успеха»
Итак, Егор Дмитриевич действительно умен и на голову выше всех этих богатых "вершителей судеб" и может манипулировать ими для своих целей. Вот вроде и все и не жалко всех оболваненных им чиновников и их престарелых примадон (сплошные ассоциации), столь падких на комплименты от молодого человека.
Но недаром Островский берет в название своей комедии русскую пословицу "на всякого мудреца довольно простоты", смысл поговорки, что даже умный человек может совершить ошибку и даже глупую ошибку, которую и не каждый дурак-то допустит. А Глумов допускает такую ошибку, так как его распирает от желания поделиться о том, что он думает об окружающих и их глупости. И он совершает ту же ошибку, что и брадобрей Мидаса, которого распирало от тяжести тайны и он пошел к озеру и нашептал этот секрет камышу, а камыш разнес через ветер эту тайну всем, всем.
Но времена меняются и в 19 веке не нужно как в древней Греции рассказывать секрет камышам, а можно вести свой аккаунт в социальных сетях, а вот если этот аккаунт взломают умельцы на раз-два, то как говорится "по секрету всему свету". В 19 веке таким аккаунтом был банальный дневник, который вели все умеющие писать.

«Всю желчь, которая будет накипать в душе, я буду сбывать в этот дневник, а на устах останется только мед».
И вот дневник Глумова крадет из ревности престарелая примадонна и читает там все, что про нее в действительности думает Егор Дмитриевич, чьей карьере она так поспособствовала.

«Любить-то не всякая умеет, а ревновать-то всякая мастерица».
Она тут же доводит до всех остальных эти нелицеприятные характеристики, которые им дает Глумов в своем дневнике.
Казалась бы возмущённое общество гневно отринет из своих рядов Глумова. Но нет, они понимают, что он "их человек", "сукин сын, но наш сукин сын" и что он им нужен, а потому решили пожурить и оставить все как есть.

«Мы сами виноваты: не умеем говорить, не умеем заявлять своих мнений... Писать надо, писать — больше писать»
высказывает общее мнение Крутицкий.
Да и Глумов заявляет:

«...я только тогда и был честен, когда писал этот дневник. И всякий честный человек иначе к вам относиться не может».
Занавес.
Читать далее
62 понравилось
278
chalinet
26 июля 2024
На всякого мудреца довольно простоты.
1868. десяток лет уже Александр II пытается двигать реформы. Российская империя как большая инертная масса начинает медленно двигаться, а может уже и останавливается. Типажи в пьесе всё ещё узнаваемы и от этого горько.
Люди оказываются зависимы от лакейства. Они рады потакать своим слабостям. Всегда нужен кто-то, кто будет потакать, а мы будем млеть от удовольствия.

«Над глупыми людьми не надо смеяться, надо уметь пользоваться их слабостями.»
Ворами, убийцами, наркоманами и педофилами, если они ещё и у власти, легко управлять. Всего лишь кнутом и пряником. Причём, чем слаще пряник, тем больнее кнут. А вот теми, кто «не замазан», управлять намного сложнее. А, впрочем, на всякого мудреца…

«Глупо их раздражать, им надо льстить грубо, беспардонно».
Управлять можно не только сверху, но и снизу. Так и делаются карьеры. Есть, конечно, исключения (и каждый подумал про себя).
В пьесе сатирический срез общества: ультраконсерватор, просвещённый консерватор, либерал, дама в летах, обманывающая себя, что может нравится молодым мужчинам за просто так и другие. Поддакивая каждому в отдельности, можно недурно подняться. Вот и появляется молодой, красивый, сообразительный карьерист.

«Да и нет особенной надобности в большом уме, довольно и того, что он хорош собою.»
Для той самой дамы в летах больше и не нужно.

«Если вы видите, что умный человек бедно одет, живёт в дурной квартире, едет на плохом извозчике – это вас не поражает, не колет вам глаз; так и нужно, это идёт к умному человеку, тут нет видимого противоречия. Но если вы видите молодого красавца, бедно одетого, – это больно, этого не должно быть…».
Инженер едет на работу в трамвае в облезлой рубашке и штанах – это норм, а красивый пидо…гомосексуалист должен быть обязательно от стилиста и на ламбе, а то глаз будет колоть.
Кажется, что это утрирование (Островскому пеняли), или кто-то просто оторвался от реальности? Кто вы и зачем вы, современные герои этой пьесы?

«бедность убивает развязность, как-то принижает, отнимает этот победный вид, эту смелость, которые так простительны, так к лицу красивому молодому человеку».
И вот мы приехали в театр на Майбахе, сидим в смокинге, смотрим спектакль и нам 26 лет. Я знаю таких людей.

«Не рассуждать, когда не приказывают, смеяться, когда начальство вздумает сострить, думать и работать за начальников и в то же время уверять их со всевозможным смирением, что я, мол, глуп, что всё это вам самим угодно было приказать. Кроме того, нужно иметь ещё некоторые лакейские качества…».
Всем начальникам с пивным пузом нравятся такие подчинённые. Новое они воспринимают только по приказу сверху и то, с ворчанием.

«…притом, всё бумага и форма. Целые стены, целые крепости из бумаг и форм. И из этих крепостей только вылетают, в виде бомб, сухие циркуляры и предписания».
Как свежо и красочно, как либерально. Чем прогрессивнее надо сделать вид, тем ярче речи.

«Я работать не прочь и буду работать прилежно, сколько сил хватит, но с одним условием: чтобы моя работа приносила действительную пользу, чтобы она увеличивала количество добра, нужного для благосостояния массы. Переливать из пустого в порожнее, считать это службой и получать отличия – я не согласен».
Таких, как Глумов, я встречаю постоянно. Шуты для тех, кто видит. Они ненавидят своих начальников, мечтая забраться как можно выше. И для этого подойдут любые слова. Правильные в этот момент. Их легко узнать, они в любом обществе говорят правильные слова и нравятся этим всем.

«Женщины не прощают тому, кто не замечает их красоты».
То, что Глумов немного просчитался с дневником, приём автора. Это было необходимо, чтобы показать катастрофическую необходимость в Глумове для описываемого общества.

«… у моей Матреши от святости уж начинает лицо светиться; это, говорит, не от святости, а от жиру».
А если резать правду-матку в глаза, мало кто стерпит. А, пожалуй, что и не поверит в неё и не поймёт.

«Для дворян трагедии Озерова, для простого народа продажу сбитня дозволить».
Забавное сравнение трагедий и сбитня. Коррелирует с трактатом «о вреде реформ вообще». Они прочно ассоциировались с прошлым (XVIII) веком, хотя трагедии были написаны в начале XIX века.

«Вы не умеете ценить чужого благородства оттого, что в вас своего нет».
Весь окружающий мир есть ни что иное, как наше собственное отражение. Поэтому раздражает в людях особенно то, что раздражает в нас самих. Также мы никогда не увидим в окружающих людях качеств, отсутствующих у нас.

«А ведь он всё-таки, господа, что ни говори, деловой человек».
Несмотря на лицемерие и лакейство, главный герой нужен обществу, каждому он оказывает услуги и вешает лапшу на уши. Так продавец оружия любезно продаёт его обеим воюющим сторонам.
Деловой человек.
Читать далее
48 понравилось
626
noctu
21 мая 2016
При чтении Островского и Салтыкова-Щедрина очень часто испытываю такое чувство, как "embarrassment squick", когда стыдно за поступки героев. Глумов - ловкий молодой человек, стремящийся выбиться из грязи в князья, при этом всячески играя на людских слабостях, страстях и глупости. Он не лишен талантов и здравомыслия, но в силу происхождения, отсутствия связей и недостатка капитала не может ни поступить на выгодную службу, ни получить богатую невесту. Напоминаю, что это времена Александра II, так что все косвенные параллели с нашим временем - это лишь еще одно доказательство неистребимости таких Глумовых в мире.
Тут невольно всплывает французский аналог - небезызвестный Жорж Дюруа. Российский образец мне ближе к сердцу. Глумов, будучи подлецом, все же сохраняет хоть какую-то честность и открытость с самим собой и людьми, не юлит в решающий момент.
Интересны зарисовки женских персонажей. Тут и типичная фиалка Машенька с 200 тысячами приданного, на которую ведется охота. Тут и Мамаева Клеопатра Львовна, женщина стареющая, но ищущая внимания молодых. И мамаша Глумова на побегушках у сына. Именно она со своей философией жизни воспитала такого сынка, который потом ее тиранит и заставляет пресмыкаться перед родственниками на пятом киселе. Отдельный шедевр - это Софья Игнатьевна Турусина, содержащая приживалок-прихлебательниц и судьбы племянницы доверяющая какой-то бабе с улицы. Островский очень хорошо высмеивает весь мистицизм, присущий тогдашнему обществу. Знал бы он, что до сих пор многие этим гадалкам верят и видят какой-то большой смысл в гороскопах.
Мужская часть героев еще пестрее и характернее. Богатый барин и прижимистый мужик Мамаев имеет кучу родственников, которые отдариваются его расположением по порядку, в зависимости от его настроения и того, слушают они его утомительные лекции или нет. Островский не упустил случай воспользоваться возможностью и пройтись по традиции читать нравоучения своим слугам. Только слуги теперь наконец-то освободились от крепостного права и могут уже не страдать от барской глупости.
Забавно и точно описаны два интересных персонажа - консерватор-реакционер Крутицкий, выступающий за уменьшение зарплаты обычным чиновникам и увеличение вышестоящим чинам для придания им важности, и либерал Городулин. Крутицкий стар, а Городулин молод, но что-то мне подсказывает, что с течением времени и успехом в карьере этот самый либерал Городулин станет завзятым реакционером и будет требовать увеличения выплат начальникам, коим и будет являться. Хороша реакция!
Кажется, наверное, что это банальнейшая пьеса и нет в ней ничего особенного. Но я сильно изменила мнение, когда в самом конце Глумов предстал человеком намного лучше, чем окружающие его! Да, представьте. Он честно и открыто указал им, не испугался и бросил юлить. Убило то, что осмеянные им же в дневнике люди спокойно решили его чуть-чуть наказать, а потом приблизить к себе, так как человек он "деловой". Занавес. Оскорбляться, так по нормальному, а не так. Фарс и сплошное ханжество.
Вообще для Островского нет ничего святого здесь. Высмеял религиозные дела, нормы светского общества, идейные воззрения, ценности и устремления общества. Как-то слабо тут проявилась и любовь. Такое ощущение, что в мире Турусиных и Мамонтовых любви нет. Есть сговор и желание старших, преследующих какие-то свои личные цели. Очень душно и темно в таком мире, пахнет чем-то затхлым.
Читать далее
27 понравилось
1,2K