Книга новогодних сказок

Ох, до чего же я люблю бажовские сказки. Есть в них какой-то свой неповторимый колорит, непередаваемое обаяние. Написанные живым уральским языком, сказки погружают в своеобразный старательский мир, затягивают и завораживают. И при всей своей сказочности они воспринимаются как очень реалистичные произведения.

По поводу языка хотелось сказать отдельно, в нашей "сказочной" литературе есть два автора, чьи тексты отличны от других и почти всегда потрясающе узнаваемы, это - Борис Шергин и Павел Бажов. Только мне почему-то кажется, что их сказки практически не переводимы на иностранные языки, нет, смысл, конечно же, передаваем, а вот своеобразный аромат этих произведений можно почувствовать только в оригинале - на русском.

"Серебряное копытце", может быть, и не самая яркая из сказок, составляющих сборник "Малахитовая шкатулка", но одна из самых известных, её, насколько мне известно, даже изучают в каком-то из начальных классов.

Сказка о доброте и воздаянии за добрые дела. Старик Кокованя всю жизнь ищет сказочного козлика, имеющего серебряное копытце. Этот диковинный зверек может облагодетельствовать драгоценными камнями. Однако, все усилия Коковани впустую. Возможно, так и было бы дальше, не приюти он девочку-сироту Дарёнку. А Дарёнка тоже имела большое сердце и тоже приютила, только кошку - Мурёнку.

А кошка эта была, ох, не простая! Знала эта кошка, что правильно, а что - нет. Может, такие кошки только в сказках и бывают, да я бы от такого домашнего питомца не отказался. Ведь каждый раз, когда Кокованя или Дарёнка принимали верное решение, Мурёнка на своем кошачьем им мурлыкала: “Пр-равильно говоришь. Пр-равильно”.

Так она одобрила отправку Коковани и Дарёнки на зимнюю заимку, называемую ими "балаганом". Тут-то и явился им сказочный козлик, и набил им драгоценных камней. Хотел Кокованя нахватать их как можно больше, да Дарёнка остановила деда, набрал он только пол-шапки, да им и этого хватило за глаза.

И вот, наверное, правильно они поступили, что на беспредельное богатство не позарились, потому что Мурёнка, которая всё время подсказывала "Пр-равильно", исчезла, ушла она с волшебным козликом. Видать, тоже волшебная кошечка была и как нужда в ней пропала, как поняла она, что хозяева её сами научились правильно поступать, так она их и покинула.

Помнится, мне в детстве больше всего было жалко Мурёнку, не понимал я, что она не потерялась, а сама ушла, значит, было куда и зачем - всё у кошки будет хорошо, тем более, что, может, она и не кошка вовсе....

Слово "серый", несмотря на свою "серость", всегда было мне симпатично. Ну, во-первых, будучи Сергеем, я в детстве частенько слышал от своих друзей такое привычное обращение: "Серый!", во-вторых, я был, да и до сих пор остаюсь, сероглазым. Поэтому я искал в сером цвете положительные стороны, а не отрицательные; я не обращал внимание на такие словосочетания как "серая личность" и "серая мышь", но зато знал, что, если в серый добавить блеска, то получится благородный серебристый. Как в воду глядел, вот сейчас дожил до времен, когда серебряный цвет стал постоянным цветом моих волос: "мои года - моё богатство".

Может потому в школьные годы я отнесся с особой симпатией к героине сказки Мамина-Сибиряка про уточку, которая носила имя "Серая Шейка". Сюжет этой очаровательной сказки все мы помним с детства, правда, не все в классическом варианте, разночтению способствовал замечательный мультфильм, снятый "по мотивам", в котором была предложена альтернативная концовка. Но в любом случае, мы здесь обсуждаем классический авторский вариант, который провозглашает основной воспитательный и, если хотите, философский смысл, который несколько теряется в мультвоплощении.

А основная философия сказки: нельзя ни в коем случае сдаваться, если попал в трудную ситуацию, нужно бороться до конца. И что же может дать такая борьба, когда сталкиваются интересы уточки-калеки, оказавшейся в тяжелейшей ситуации, и лисицы-хищницы, полновластной хозяйки положения. И с каждым днем незамерзающая часть пруда становится всё меньше и меньше, и лисья морда к тушке бедной птички все ближе и ближе. А переживающий за Серую Шейку заяц может оказывать только моральную поддержку, да и та не ахти как мотивирует, потому что зайчишка не столько поддерживает, сколько пугает.

Если быть объективными, мы должны признать, что обед лисицы серой уточкой всего лишь вопрос времени, спасти птичку может только чудо, но ведь мы имеем дело со сказкой, значит, чудо неизбежно. И все же не забываем и то, чему нас учит сказка - бороться нужно до конца, главное - тянуть время, знаете, как в футболе, когда менее сильной команде удается чудом выйти вперед, и она, понимая, что соперник сильнее и выстоять против него почти нереально, начинает всячески затягивать неигровые эпизоды, рассчитывая, что время игры закончится раньше, чем соперник сумеет реализовать свое преимущество.

Вот, нечто подобное случается и с Серой Шейкой, помощь приходит оттуда, откуда, как говорится, не ждали. В лесу объявляется старичок-охотник Акинтич, заявившийся сюда с дурной целью - кого-нибудь убить, поскольку его старухе требуется новая шуба. Первыми потенциальными жертвами становятся местные зайцы, и в том числе друг Серой Шейки. Однако, зайцам удается дать стрекача, и тут Акинтич увидел подбирающуюся к уточке лисицу и пальнул! То, что у старика было не ахти как со зрением, и он был далеко не снайпер, спасло рыжую хищницу, но это и не суть важно для нашего сюжета.

Важнее то, что неудачливый охотник спас Серую Шейку и от лисицы, и от злого мороза, который доконал бы бедную птичку рано или поздно. Тоже сделал он это не из чистого альтруизма, с такими понятиями простые люди дружат редко, им все же важнее собственная выгода. Но, к счастью для Серой Шейки, её интересы выживания в суровую русскую зиму совпали с интересами старичка порадовать внучек, для которых неожиданная находка могла стать важной и дорогой игрушкой.

Между прочим, в нашей детской отечественной литературе есть еще одна сказка, принадлежащая перу Виталия Бианки, которую можно рассматривать в качестве своеобразного продолжения сказки Мамина-Сибиряка, она называется "Анюткина утка".

Вот, решил вспомнить старую сказку Андерсена, знакомую всем с детства, тем более, что есть повод - "Гадкий утёнок" впервые был опубликован 11 ноября 1843 года, так что, можно сказать, у сказки сегодня День Рождения. Правда, не круглая дата, ей исполняется сегодня 187 лет, но, юбилея ждать еще долго, поэтому предлагаю торжественно отметить 187-летие.

Особенность этой сказки в том, что большинство исследователей творчества Андерсена считают её автобиографической. В образе "гадкого утёнка" писатель изобразил самого себя - крупного, неуклюжего и застенчивого. Действительно - параллель, бросающаяся в глаза, более того, есть сходство между пустырем и родным для автора Оденсе, между птичьим двором и столичным Копенгагеном, между домом старушки и семьей, приютившей Андерсена. Всё это так, но даже, если и есть в сказке элемент автобиографии, он здесь далеко не самый важный, потому что сказка о значительно большем, чем перипетии судьбы скромного датского сказочника.

Часто приходится читать, что, дескать, это сказка о том, как нескладная девушка-подросток превращается в писаную красавицу. Есть такая аналогия, не спорю, но она крайне поверхностна и неглубока. Ведь "гадкая" внешность "гадкого утенка" - это всего лишь символ, на самом деле сказка не о внешнем виде, а о внутреннем мире того, кого мы считаем "утёнком".

Гадкий утёнок - любой из нас, людей, кто, вступая в жизнь, не соответствует ожиданиям окружающих. Если ваши родители и ближайшее окружение хотят видеть в вас, например, продолжателя династии морских офицеров, а вы хотите шить одежду, то вы и есть тот самый - гадкий утёнок. Или, другой пример, от девушки ждут, что она пойдет в пед или мед, а она подает документы в Рязанское десантное училище, теперь там каждый год набирают женскую роту, - снова "гадкий утёнок".

Потому что дизайнер одежды, выросший в "утиной" семье, наверное, - фламинго, а десантница - орлица, но они не утки. Вот об этом и хотел рассказать Андерсен, о том, что у каждого человека есть свое призвание, но и среда, в которой он вырос. и которая имеет по отношению к нему некоторые ожидания, тоже. И все зависит от того, насколько ты будешь верен своей путеводной звезде.

Если ты испугаешься, прогнешься, послушаешься мнения тех, кто "разбирается в жизни" лучше тебя, то, скорее всего, всё пройдет спокойно и ровно, но ты навсегда останешься уткой, а поскольку "утиное дело" совсем не твоё, то ты будешь "гадкой уткой", или, если это существенно, - "гадким селезнем".

Но, если ты проявишь твердость в следовании своей заветной цели, пройдешь через трудности пустырей, птичьи дворов и домов добрых старушек, если ты будешь иметь иное стремление в жизни, чем "нести яйца" и "выгибать спину", то, возможно, однажды ты осознаешь себя прекрасным лебедем, или розовым фламинго, или гордой орлицей.

Правда, для этого цель должна представлять что-то настолько важное, ради чего ты готов на всё, даже на то, чтобы умереть, требуется полное самозабвение. Вспомни, прежде, чем осознать себя лебедем, утенок был готов погибнуть - это и есть верность выбранному пути. Нужно идти до конца, иначе ты так и останешься "гадким селезнем" или "гадкой уткой", но со странностями, мало ли таких - да пруд пруди, раз уж у нас птичья тема. Для того, чтобы превратиться в другую птицу нужна полная реализация, остановка на полпути порождает только уток-мутантов.