«О премудрый монах, любителей прихвастнуть и приврать немало, их россказни у нас называют «хлопушками». Но то, что рассказываю вам я, — чистая правда»
— так начинается роман «Сорок одна хлопушка». Главный герой, рассказчик, еще ни раз будет убеждать нас, что все сказанное — чистая правда. И, думаю, для голодного мальчика, проживающего в деревне мясников, многое может казаться правдой: и староста-долгожитель, и говорящее мясо, и массовое отравление на празднике.
Итак, главный герой, Ло Сяотун, пришел в храм исповедаться, как он докатился до жизни такой. Как он в детстве запомнил, так и рассказывает: деревня жила за счет забоя скота — коров, свиней, собак (не удивляйтесь), верблюдов. Земледелием уже никто не занимался, а мясники богатели. Поэтому меня нисколько не смутила жадность Сяотуна: у него жажда жизни буквально описывается через жажду мяса. Тем более жажда мяса обостряется, когда тихий неудачник-отец уходит из семьи к женщине, у которой стол ломится от мясных блюд, а мать погрязла в жалкой бессмысленной экономии.
В интернете лежит подробный отзыв на «Хлопушку», где автор сначала строго идет по сюжету романа, но потом привносит собственную трактовку и «ругает правительство на все корки», мол, Мо Янь постоянно говорит, что нету у него никаких намеков на политику, но «мы же с вами все понимаем». Это риторика автора, не моя.
Так вот, роман мне понравился, но не потому, что автор обличает, как несчастные угнетенные китайские крестьяне кривозубые и необразованные готовы друг друга сожрать. Эта история очень универсальная и могла произойти с кем угодно и когда угодно: в какие времена маленькие дети не были жестоки и не думали о себе, хотя бы иногда? Когда не злились на мать, что она из принципа не хочет купить вкусняшку, и заставляет работать? В какие времена люди не умудрялись взлетать до небес, превращаясь из частников в богатый комбинат, а потом не теряли все по собственной глупости и недальновидности?
При этом такая понятная история о человеческой жадности, глупости, самодовольстве, рассказана чрезвычайно по-китайски. Ибо человеку западному вряд ли бы пришло в голову совмещать невероятную жажду мяса (прям жир и сок сочится со страниц, и это даже не мой эпитет) с буддистским уважением ко всему живому. В какой-то момент мясокомбинат, где убивают животных, превращается в святое место, столько там произошло «отпетых» смертей. Поставили мемориал — и уже все не так плохо.
Роман, конечно, не буквальный, ибо в настоящем повествование не самое линейное: Ло Сяотун, спустя много лет странствий и лишений, наблюдает за праздником мяса, где и лавки ломятся от жратвы, и животные на параде разбегаются, и Старшой Лань, третий дядюшка того самого Лао Ланя, становится какой-то недостижимой фигурой.
Отдельно я хочу похвалить перевод: здесь не встретятся ни описания пыток, ни одного матного слова, ни пространного описания секса. Но книге не зря дали 18+, это явно недетская проза. То, как запикали откровенную деревенскую матершину, через «мать твою так и разтак» — это отдельный утеряный вид искусства, придает невероятный колорит повествованию.
Если вы любите жадные злые книги, где в большом касте нет ни одного однозначно положительного персонажа, но каждому есть за что сопереживать, есть немножко непонятненького бреда и одновременно максимально понятный посыл — вам сюда!
Осторожно! В тексте присутствуют описания испражнений, забойного цеха, поедание собак. От имени ребенка заявляются мизогинные посылы, мол, «она такая красивая, так бы и съел».
80 понравилось
