Ваша оценкаВ издание включены произведения английского писателя-мариниста Джозефа Конрада.
В романе ЛОРД ДЖИМ рассказывается о молодом человеке, наделенном обостренным чувством совести и непреложного внутреннего долга; в минуту опасности он проявил слабость, но в дальнейшем обрел уверенность в себе, вернул доброе имя, завоевал доверие и любовь людей. Повести ТАЙФУН и ФРЕЙЯ СЕМИ ОСТРОВОВ - гимны героям-романтикам, которые смело вступают в борьбу со стихиями природы и злобными силами буржуазного мира, брос...
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,0
14 оценок
- 550%
- 421%
- 329%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 18Хотят прочитать 36
Рецензии
nika_824 марта 2022Страшная история
Читать далееКак там говорят? На верхних палубах «Титаника» до последнего играла музыка? Признаюсь, мне хотелось, чтобы в какой-то момент заиграла музыка и на пароходе «Нянь-Шань», бороздящем просторы китайского (sic) моря. Ничто, увы, не отвлекает внимания от страшной бури, в которую попало это судно вместе с командой и капитаном, молчаливым и загадочным мистером Мак-Виром. Агонию корабля приходится переживать без анестезии, под аккомпанемент ветра и волн.
Эмоционально я оценила рассказ на «тройку». Однако если подходить объективно, следует повысить оценку.
Во-первых, произведение Конрада любопытно со стилистической точки зрения. История корабля, атакуемого тайфуном, передана атмосферно и выразительно. При этом в тексте практически нет нелюбимых мною претенциозных словесных фестонов и велеречивых фраз.
Во-вторых, автор использует новаторский для своего времени литературный приём, который иногда называют «многоточием в литературной короткометражке».
Читателя, погружённого в описание морского шторма, неожиданно вырывают из этой среды и переносят в другое место, а именно в порт, куда прибывает пароход. Каким образом судно избежало крушения и добралось до безопасной гавани не сообщается. Каждый может додумать сам.В-третьих, это произведение Конрада, так же, как и его «Лагуна», способно завладеть воображением читателя. Для этого погружения нужно настроиться на соответствующую волну.
Со мной это не сработало, возможно, потому что я сейчас не воспринимаю многословие. Нет желания тратить время на несколько параграфов, когда их можно уместить в несколько предложений. Такой личный штрих, рассказ здесь ни при чём.Итак, очертив контур своих впечатлений, рассмотрю «Тайфун» поближе.
Образ капитана Мак-Вира непрост. Он неразговорчив, не понимает юмора и иронии, каждое слово воспринимает буквально.
Послушаем юмористичный диалог между Мак-Виром и его помощником Джаксом.
— Это все от жары, — сказал Джакс. — Погода ужасная! Тут и святой начнет ругаться. Даже здесь наверху, я себя чувствую так, словно у меня голова обернута шерстяным одеялом.
Капитан Мак-Вир поднял глаза.
— Вы хотите сказать, мистер Джакс, что вам случалось заворачивать голову в шерстяное одеяло? Зачем же вы это делали?
— Это образное выражение, сэр, — бесстрастно ответил Джакс.
— Ну и словечки же у вас! А это что значит — «и святой начнет ругаться?» Я бы хотел, чтобы вы таких глупостей не говорили. Что же это за святой, если он ругается? Такой же святой, как вы, я думаю. А какое отношение имеет к этому одеяло… или погода? Я же не ругаюсь из-за жары… ведь так? Просто скверный характер. Вот в чем тут дело. А какой смысл выражаться таким образом?Сегодня некоторые из черт капитана могли бы отнести к аутическому спектру.
Мак-Вир не способен представить то, чего он никогда сам не испытывал. Прежде ему не приходилось попадать в тайфун. Испытание станет для него настоящим вызовом.
Справится ли Мак-Вир с руководством кораблём в критический момент, когда вода заливает палубу? Сможет ли принять верное решение?Рядом с капитаном мы встречаем его первого помощника, мистера Джакса.
Он производит в целом благоприятное впечатление. На фоне замкнутого Мак-Вира Джакс кажется живым и человечным.
Джозеф Конрад сам служил помощником капитана на корабле. Вероятно, в рассказе он воплотил и свой опыт.Мак-Вир скучает по своей семье - супруге и детям. Свои эмоции сдержанный капитан выплескивает в письма, где он рассказывает домашним о своих морских буднях. Семья не спешит отвечать ему взаимностью. Ни жена, ни дети не ждут приезда Мак-Вира. Для них вполне комфортна ситуация, когда они живут в уютном доме, а муж и отец плавает где-то там, за тридевять земель.
Предфинальная сцена, где жена читает письмо капитана, произвела на меня действительно сильное впечатление. Возможно даже именно её, а не картину грозного тайфуна, я запомню из этого рассказа. За довольно скупыми строчками скрывается история жизни.
Она [миссис Мак-Вир] откинулась на спинку стоявшей у изразцового камина позолоченной кушетки с обитой плюшем подножкой. Каминная доска была украшена японскими веерами, а за решеткой пылали угли. Она лениво пробегала письмо, выхватывая то тут, то там отдельные фразы. Не ее вина, что эти письма были так прозаичны, так удивительно неинтересны — от «дорогая жена» в начале и до «твой любящий супруг» в конце. Не могла же она в самом деле интересоваться всеми морскими делами? Конечно, она была рада услышать о нем, но никогда не задавала себе вопроса, почему именно.
«…Их называют тайфунами. Помощнику как будто это не понравилось… Нет в книгах… Не мог допустить, чтобы это продолжалось…»
Бумага громко зашелестела… «…затишье, продолжавшееся около двадцати минут», — рассеянно читала она. Затем ей попалась фраза в начале следующей страницы: «…увидеть еще раз тебя и детей…» Она сделала нетерпеливое движение. Вечно он думает о том, чтобы вернуться домой. Никогда еще он не получал такого хорошего жалованья. В чем дело?
Ей не пришло в голову посмотреть предыдущую страницу. Она нашла бы там объяснение; между четырьмя и шестью полуночи 25 декабря капитан Мак-Вир думал, что судно его не продержится и часа в такой шторм и ему не суждено больше увидеть жену и детей.Должна сказать, похожие мысли посещали и меня во время чтения этого небольшого произведения. Хотелось выхватить главное, пропустить абзац здесь, описание там…
Нельзя не отметить, характерное для эпохи расистское отношение к китайцам, которых разместили на нижних палубах. Отношение к их судьбе передано несколькими словами.
– Пассажирах? – степенно удивился капитан Мак-Вир. – Каких пассажирах?
– Да о китайцах, сэр, – пояснил Джакс, жалея о том, что заговорил.Подводя итог, скажу, что это неплохая приключенческая история с привкусом морской соли и «шумом воды, тяжёлым плеском, глухими ударами волн». Кому-то могут быть интересны мореплавательные термины, которыми изобилует рассказ.
133 понравилось3,4K
OlgaZadvornova28 сентября 2022Бремя белого человека
Читать далееСтаренький пароход в Красном море везёт 800 человек паломников. Ночью в тумане шкипер и механики обнаруживают неисправность и с ужасом понимают, что судно с минуты на минуту начнёт тонуть. Они спускают на воду шлюпку и в панике бегут спасаться. Штурман, молодой англичанин Джим, которого они не долюбливают, видит всё происходящее и не раздумывая, инстинктивно прыгает к ним в шлюпку, и она тут же удаляется от обречённого корабля.
Этот роковой прыжок «перекручивает» судьбу Джима. На следующий же день шлюпку спасает проходящее судно. Да и паломники тоже спасены, хотя те, в шлюпке, узнают это далеко не сразу, Джим, по крайней мере, успевает достаточно потерзаться из-за людей, брошенных на гибнущем корабле. Однако, далее следует – расследование происшествия и суд, жгучий стыд и сознательное самому себе наказание пройти позор до конца, хотя свободу Джима никто не ограничивал, шкипер, так тот сбежал сразу и никто его не искал.
Джима лишают «прав», и он пускается в скитания по свету, выбирая наименее цивилизованные места, горя от воспоминаний о потерянной чести. «Романтик!» – так говорят про него. Любой другой человек мог бы смириться, жить скромно и честно, тем и искупая вину, а время лечит. Но только не Джим, для него этого мало. Любое напоминание о прошлом заставляет его тут же сниматься с места, пока судьба не забрасывает его на глухой островок Патюзан в Южных морях, где живут аборигены своей нецивилизованной жизнью, а белых можно пересчитать по пальцам. Здесь его и будут звать лорд Джим и, возможно, наконец-то, злосчастная судьба забудет о нём. Так ли это, узнаем дальше.
Тема, возможно, и интересная, но слог у автора больно уж тяжеловесный, повествование тягучее, не добавляет лёгкости восприятия и приём «рассказ в рассказе». Мы так ни разу на прямую не послушаем Джима, большая часть романа - это рассказ мистера Марлоу своим товарищам-слушателям о лорде Джиме, иногда Марлоу пересказывает чей-то рассказ и можно порой даже запутаться, от чьего имени сейчас говорится «Я».
Еще меня заинтересовал капитан Брайерли, чья история была рассказана в начале, но мотивы его для меня так и остались сокрыты. Либо не уловила, либо этот вставной рассказ (а он один из) так и хранит некую тайну нераскрытой.
82 понравилось2,9K
Anais-Anais10 октября 2015«Я был уже не настолько молод, чтобы за каждым поворотом видеть сияние, какое маячит нам в добре и в зле.» Джозеф КонрадЧитать далееПотрясающий роман! И я это сейчас использую это слово не как синоним прилагательных «прекрасный», «замечательны», «великолепный» и иже с ними, хотя книга и превосходная, а в самом прямом смысле.
Джозеф Конрад захватывает, ошеломляет и так «перезагружает» сознание, что ничем иным, кроме как потрясением я знакомство с «Лордом Джимом» назвать не могу.Опасная книга. Завораживающая книга. Пробуждающая книга.
«Удивительно, как мы проходим сквозь жизнь с полузакрытыми глазами, притупленным слухом, дремлющими мыслями. Пожалуй, так оно и должно быть; и, пожалуй, именно это опущение делает жизнь для огромного большинства людей такой сносной и такой желанной. Однако лишь очень немногие из нас не ведали тех редких минут пробуждения, когда мы внезапно видим, слышим, понимаем многое – все, – пока снова не погрузимся в приятную дремоту.»Вы готовы к непривычному взгляду на жизнь? Не испугаетесь себя «нового»? Не проклянёте себя «старого»? Сможете похоронить иллюзии и продолжить жить дальше?
Что ж… Моё дело предупредить. Когда окажетесь в бурном море конрадовской прозы, будет поздно сожалеть о спокойной жизни на берегу. И чем богаче у вас воображение, тем страшнее будет читать.
Ночь, темнота, надвигается шторм и одинокому судну грозит гибель посреди моря. Корабль поврежден, часть трюма уже затоплена, и всё зависит от того, сколько продержится последняя старая перегородка. Счет идет на минуты или на секунды – кто знает. Восемьсот пассажиров-паломников мирно спят, и только несколько моряков знают о смертельной опасности.
Спустить шлюпку на воду и бежать с тонущего корабля как крысы, использовав единственный шанс на спасение? Или не покидать судно до конца, как и пристало команде? Лучше быть живой «крысой», чем кормом для рыб – сразу же решают шкипер и механик. Сомнения терзают лишь одного, помощника шкипера Джима.
Джим прекрасный моряк, человек прямой и честный, молодой, здоровый сильный юноша из тех, что мечтают «о доблестях, о подвигах, о славе». Но он всё же прыгает в отплывающую шлюпку, и этот прыжок навсегда меняет жизнь Джима.Катастрофы не произошло, каким-то чудом покинутое командой судно продержалось до тех пор, пока его на буксире не доставили в порт, пассажиры и груз не пострадали, а потому по закону Джиму грозит лишь отзыв лицензии, разжалование из профессиональных моряков. Да, конечно, еще и потеря доброго имени джентльмена, репутации английского моряка, молчаливое осуждение капитанов или насмешки портового сброда. Все это как-то можно вынести, но суд собственной совести оказывается гораздо более суровым, чем суд человеческий.
«Лорд Джим» опубликован на рубеже 19-го и 20-го веков, в 1900 году, и я была готова к новой истории о «преступлении и наказании» в реалиях малайского архипелага, к описаниям мук совести, раскаяния и искупления. Но я была абсолютно не готова к погружению в те глубины внутреннего психо-эмоционального мира человека, в которые увлек меня Джозеф Конрад. Как будто собираешься поплавать с маской и посмотреть на ярких рыбок, а оказываешься чуть ли не дне Марианской впадины, вот так и простой с виду, немногословный и совсем не интеллектуальный Джим раскрывается как необыкновенно тонко и сложно устроенная личность, несущая в себе тайну своей поистине удивительной судьбы.
История Джима показалась мне в гораздо большей степени рассказом о человеческой психологии, а не о морали, хотя Конрад задаёт и много острых этических вопросов. Меняя рассказчиков, повествующих о судьбе главного героя, Конрад как будто постепенно выкладывает изысканную мозаику характера настолько яркого и привлекательного, что не удивляет бескорыстное желание многих людей помочь Джиму справиться с самим собой.
Штейн, принявший участие в судьбе Джима, называет его романтиком и, кажется, с этим определением готов отчасти согласиться и Марлоу, еще один его друг. И, наверное, можно прочесть «Лорда Джима» и в романтическом ключе. Романтизм по Штейну – это следование мечте:
«...Человек, рождаясь, отдается мечте, словно падает в море. Если он пытается выкарабкаться из воды, как делают неопытные люди, он тонет, nicht war?.. Нет, говорю вам! Единственный способ – покориться разрушительной стихии и, делая в воде движения руками и ногами, заставить море, глубокое море поддерживать вас на поверхности"Но о Джиме ли эти слова? И всё ли это о Джиме? Ведь Штейн говорит всё это ещё не будучи лично знакомым с нашим героем, он заранее равняет Джима с собой, одного человека с другим человеком.
Я бы сказала, что Джим не романтик, а классический невротик. И зря сейчас некоторые посмеиваются, представляя типичного невротика забавным хлюпиком в очках, похожим на героев Вуди Аллена. Конечно, Джим не такой. Но Джим живет в плену иллюзорных представлений о самом себе, своем характере и своей судьбе, любое столкновение с реальностью его почти убивает. Джим вымечтал идеальный образ себя и хочет видеть себя лишь таким, осознание отклонения себя истинного от этого образа вызывает глубокое страдание. И всё это усугубляется тем, что Джим – человек чуждый прямого самообмана, он не хочет придумывать для себя извинений и оправданий. Думаю, что движущей силой, заставлявшей Джима раз за разом убегать с одного места на другое и приведшей в итоге в Патюзан, было не чувство вины в чистом виде («больная совесть») и не чувство стыда («больная честь»), а глубокий внутренний конфликт: горячая убежденность в своей исключительности, одержимость идеалом и постоянное ощущение собственного «несовершенства».
Именно поэтому Джиму было необходимо пройти через процедуру публичного суда, поэтому он готов был бросить любое дело и покинуть любой город, лишь только на него падала тень прошлого. Такая сосредоточенность на избегании нанесения ущерба своему «идеальному образу» порождала удивительную форму эгоизма – Джим одновременно и сближался с людьми и оставался не способным на подлинную близость.
В полной мере все эти свойства Джима особенно раскрываются в Патюзане - маленьком острове, на котором изгой Джим благодаря своей смелости, уму, решительности и стремлении приносить людям только добро превращается в Туана Джима, уважаемого человека и фактического правителя. Джим реализует свой потенциал, находит и друга, и соратников, и любимую женщину, но…
Lord Jim – Лорд Джим? Бог Джим? Джим, играющий роль Бога? Джим, одержимый комплексом Бога? Не поэтому ли он так безрассудно смел? Не убежден ли он в своей божественной непогрешимости?
Люди почитают богов, но и ждут от них многого. Человеку можно простить ошибку, но к своим богам люди жестоки. Так что судьба Джима кажется и необыкновенной и закономерной одновременно.
Не буду говорить, что сейчас, после первого прочтения поняла всё, что хотел передать в свое книге Конрад. Почти всё внимание захватил Джим, главный герой как-никак вне зависимости от отношения к его «героизму». Но я уверена, что вскоре вернусь к «Лорду Джиму», чтобы лучше всмотреться в Марлоу, Брайерли, пожилого французского лейтенанта, Штейна – личности не менее сложные и интересные, со своими высотами и безднами. Не исключаю, что через несколько лет основными у Конрада покажутся совсем другие мысли и темы, неизменным останется только желание постичь тайну.
«Истина подобно самой Красоте, плавает, ускользающая, неясная, полузатонувшая в молчаливых неподвижных водах тайны.»82 понравилось2,8K
Цитаты
Все цитаты
Подборки с этой книгой
Мир приключений
- 108 книг
1
- 2 817 книг
Мировая художественная литература
- 69 книг
Мир приключений (Правда) - МОЯ ХРОНОЛОГИЯ
- 106 книг
