Сергей Эйзенштейн. Портрет художника

Психический шок, испытанный в детстве, сделал из ребенка будущего художника, но он же обусловил то обстоятельство, что вся система образного мышления , чуть она приводится в движение, поднимает со дна сознания взрослого мастера весь бессознательный ужас, который она в свое время была призвана преодолеть. Творчество Эйзенштейна по своему происхождению и протеканию - крайне мучительно для своего обладателя. Тщетно пытается он применить свое хладнокровие, тщетно огораживается логически продуманными системами построения образов, творческий ряд безошибочно и беспощадно приводит его к тому месту, на котором было растоптано детское сердце, и создает кадр, которому удивляется своим затаенным дыханием киноаудитория обоих материков. Процесс перевода в логическое изложение того, что уже было пережито в образной форме, сам по себе достаточно тяжел для всякого художника, а особенности художественных побуждений творчества Эйзенштейна делают такие экстемпорали особенно невыносимыми. Ценою огромных усилий ему удается одолеть необходимую болезненность своего творческого ряда. За это он надеется прожить некоторое время в душевном спокойствии. Требование объяснений возвращает его к необходимости заново погрузиться в состояние, из которого он только что выбрался, и хладнокровно раздирать себя перед ничего не подозревающими вопрошателями, причем эта операция, сводя на нет целительные результаты творчества, сама никаких целительных перспектив не открывает.

*Характерно, что, как только его картина появляется в прокате, все болезненные ощущения, с нею связанные, исчезают. Эйзенштейн начинает относиться к ней, как к любимому объекту внешнего мира, и готов часами ее анализировать. У него появляется преувеличенное стремление выяснить происхождение отдельных ее подробностей.