Хроники Амбера. Книги Корвина

- Чужестранец! Остановись и воззри на меня!

Я опасливо остановился. Воззришь тут, когда сквозь эту мерзость ничего не видно.

Только после этих лет, на которые ты принял другое имя, и лицо, и форму, узнал я тебя, начал тебя уважать, даже любить — хотя и в этой форме ты остался хитроумным ублюдком.

— Ты изменился, — произнес отец. — Или я никогда тебя не знал.
— А может, и то и другое. — Я пожал плечами. — Я собирался сказать то же самое про тебя.

— Проклятая дура!
— Я знаю. Я люблю тебя.
— Глупая, правильно надо говорить: «Ты мне нравишься».

От вылупления из яйца и до самой смерти мы плывем по поверхности событий. Иногда мы ошибочно решаем, что способны влиять на ход событий и в нас возникает стремление. А это - прискорбная ошибка, ибо стремление порождает желание и создает ложное эго, заслоняющее чистое бытие, пребывание. В свою очередь эго бесконечно множит стремления и желания, а тогда уж ты погряз с головой.

Почему-то всегда наш внешний враг оказывается не настолько важен и опасен, насколько опасна наша же собственная внутренняя слабость и разобщенность.

Прошел еще один день, и мы все еще живы. И, возможно, даже стали немножко умнее. Во всяком случае, настолько, чтобы понять, что существует еще огромное количество вещей, которые нам неведомы. Хотя надежда узнать их не утрачена.

Не знаю, где и как в моей жизни прицепилась ко мне совесть, но теперь она могла малость потешиться.

Вскоре я понял, что политика Джонину совсем не интересна. Ему было безразлично, кто стал правителем Амбера. Он считал, что люди - это просто стадо испорченных, избалованных идиотов. Смотрителю было глубоко наплевать на все, что происходило за пределами его острова, лишь бы сам он мог спокойно следить за маяком, есть хорошую пищу, пить излюбленные напитки и мирно возиться с мореходными картами.

Только не поймите меня неправильно. Я фехтую безупречно. Просто он - лучше.