Milchgeld

Именно отсутствие трупа живо напоминало о нем.

Столь же стремительно, как возник, шеф скрылся из виду, унося за собой, как дурной запах, нижнебаварский диалект.

к Барчу оказалось просто невозможно относиться непредвзято: темно-серый деловой костюм с голубой сорочкой и свиняче-розовым галстуком. Кто мог такое выдержать?! Из гладко зализанной прически две смоляные пряди небрежно и как бы намеренно спущены на лоб. И этот бьющий в нос резкий запах парфюма!

Барч не понравился Клуфтингеру с первого взгляда. Розовый галстук! За такую розовую удавку отец безжалостно отстегал бы его ремнем.

Оба покосились на кислую физиономию шефа, который сегодня явно не был расположен к шуткам. Если перегнуть палку, можно нарваться и на выброс неконтролируемой ярости.

Он поразился, насколько люди при более близком знакомстве отличаются от первого впечатления о них.

Секретарше он больше симпатизировал за чуткое отношение к себе, а не за какие-то там ее женские качества.

Сейчас, когда ее лицо зарделось в предвкушении тайны, она вроде бы даже похорошела.

— Боже милостивый! Как же вы меня напугали! — Фрейлейн Хенске, его секретарша, сначала изобразила испуг, а потом сделала озабоченное лицо. — Вы? Так рано?.. — Она положила на стол почту.
— Дел много, — чуть помедлив, буркнул Клуфтингер, лихорадочно соображая, как бы выкрутиться, чтобы не возбуждать излишнего любопытства, которое и без того прямо-таки капало с кончика ее носа.