Panic

Девушка снова почувствовала тошноту и боль разбитого сердца. Никто не должен быть счастлив, когда ты чувствуешь себя таким жалким - особенно твои лучшие друзья. Это должно быть запрещено законом.

“- Эти штаны?Я их специально для тебя надел.
- Можешь специально для меня их снять.”

“Язык твой - враг твой.
Не говори никому. ”

Мы будем вместе, несмотря ни на что, ясно? У нас все будет хорошо.

По-прежнему никогда не будет.

Ее тут же охватило чувство, будто она пришла в пьесу, но забыла все свои реплики – она не могла дышать, не знала, что делать.

Она чувствовала себя еще хуже, чем вчера, что, казалось, было практически невозможно.

У всех свои секреты.

Во всем его виде читалось одно - чувство вины. Оно, как физическая сила, как что-то липкое, было повсюду.

И вдруг вся злость, змеей извивающаяся внутри Хезер, прошла. Она ровным счетом ничего не чувствовала. Ни боли. Ни злости. Ни страха. Ничего, кроме отвращения. У нее было странное ощущение, будто она в собственном теле парит над всем происходящим.

Она не знала, правильно ли поступала. Ей казалось, что все, что она делает, - неправильно.

Ожидание и раздражающее чувство беспокойства были хуже всего.

- Это испытание на храбрость и умение держать равновесие.

• И на трезвость!
• Блин, тогда я точно упаду.

Он всегда очень хорошо ее понимал. Она одновременно любила и ненавидела эту его особенность.

Всю неделю она отчаянно надеялась увидеть его и одновременно молилась, чтобы никогда не видеть его больше.

Он не боялся. Ему было все равно.
А это было уже нечто совершенно другое.

Все-таки нельзя быть старой девой в восемнадцать, решила Хезер

“Смелость заключается в том, чтобы двигаться вперёд, несмотря ни на что.”

“Отчасти красота привлекательна тем, что она врепенна.”

“Старая поговорка гласит:“Око за око, зуб за зуб.””